Category: ссср

Category was added automatically. Read all entries about "ссср".

Каспаров.ру о Черчилле, Сталине и вероломстве Гитлера

Черчилль пытался предупредить
Карина Кокрэлл-Фере: Попытки Черчилля обратить внимание на очевидное вызывали у Сталина приступы недоверия

"Злодеи не всегда умны", - делает вывод Черчилль в своих мемуарах о Второй мировой. Судите сами, к кому он относит это высказывание. Даже беглое ознакомление с событиями, предшествующими 22 июня 1941 года доказывает, что на подобный вывод Уинстон имел полное право.

В советской историографии доминирует неоспоримый постулат совершенной неожиданности гитлеровского нападения. Ничто не предвещало. Вообще. Никогда. Гром среди совершенно ясного неба. Этим и объясняется растерянность, неразбериха, потеря больше половины воздушного флота, разбомбленного прямо на аэродромах, ступор, в который впал Сталин, исчезнув куда-то на несколько дней, опоздание со всеобщей мобилизацией и страшное, жуткое отступление всего первого года войны…

"Это хуже, чем преступление, сир, это ошибка", - высказывание, приписываемое Талейрану.

Безумное, на первый взгляд, нападение Гитлера на СССР, преследовало следующую логику. Запад встанет на его сторону против общего врага – коммунизма. Возможно, план его и удался бы, не будь Уинстона Черчилля.

Тут мы должны вспомнить еще один миф по поводу "вечно гадящей англичанки", которая "всегда хотела погубить Россию". После нападения Гитлера на СССР, ничто не мешало Британии не вмешиваться, как не вмешивался СССР во время войны Гитлера на Балканах и во многих других случаях. А поступить, например, так.

"Гитлеру, совершенно очевидно, нужно было закончить войну на Западе. Он мог предложить самые соблазнительные условия. Те, кто так же, как и я, изучали его действия, не считали невозможным, что он согласится не трогать Англию, ее империю, ее флот и заключить мир, который обеспечил бы ему ту свободу действий на Востоке, о которой Риббентроп говорил мне в 1937 году и которая была его сокровенным желанием. …Почему бы Англии было не присоединиться к числу зрителей в Японии и в Соединенных Штатах, в Швеции и в Испании, которые смогли бы наблюдать с абстрактным интересом или даже с удовольствием за борьбой на взаимное уничтожение между нацистской и коммунистической империями?" (Черчилль)

В действительности, почему бы и нет? Расовая теория нацизма считала британцев равными себе. Свои, арийцы, договорились бы, не так ли? И вот, в апреле 1941-го в Англию летит Рудольф Гесс (до сих пор идут споры, было ли его прибытие секретной миссией, согласованной с Гитлером или собственной инициативой) с предложением "почетного мира" и дележа геополитического пирога: Германия знает, что в Британии существует группа влиятельных аристократов и политиков, готовых его поддержать. Мы, арийские народы, говорил Гесс, должны поделить мир таким образом. Германия не собирается претендовать на британские колонии. Ей остается ее империя, Рейх претендует только на свои европейские захваты и предлагает договор о ненападении сроком на 25 лет. Бомбардировки прекращаются, как только Британия становится под знамена Рейха. Какой будет ваш ответ? Гесса арестовывают в Шотландии и содержат в "комфортабельных условиях, но под стражей".

Посылал Гесса Гитлер или нет, но британский ответ ясен: никаких переговоров с нацистами.

Сталину протоколы допросов Гесса доставляет один из кембриджских шпионов Ким Филби, но тот ему не верит и, судя по себе, считает, что британцы ведут переговоры с Гитлером о дележе мира: мораль, какая мораль?

1 января 1941 года, в жесточайшие шторма, началась беспрецедентная военно-морская Битва за Атлантику, с Гитлером сражаются Британия и США, с большими потерями. Сталин не вмешивался, "наблюдая с абстрактным интересом и даже с удовольствием", как капиталисты топят друг друга в крови. Это не его война. У него все хорошо.

К началу июня Гитлер захватил Балканы. Все попытки британцев этого не допустить, провалились, с большими жертвами.

Сталин не вмешивался.

До вторжения Гитлера в СССР остается около 20 дней.

"…советские руководители с каменным спокойствием наблюдали крушение нашего фронта во Франции в 1940 году и наши безуспешные попытки создать в 1941 году фронт на Балканах" (У. Черчилль, "Вторая мировая война")

Еще в апреле 1941-го британцы сообщают послу СССР Майскому, что нацисты перебрасывают большое количество войск через Прагу в направлении советской границы. О том, что Пражскому Картографическому Институту немцы дали задание подготовить огромное количество детальнейших карт Украины. О том, что с балканского театра военных действий нацисты перебрасывают две дивизии Panzer. 2 июня британские дешифровщики, в секретном центре Блечли, перехватывают и, с помощью дешифровочной машины "энигма", уже знают о планах наступления на СССР. На северо-восток от Балкан отправляются 60 военных составов. Черчилль, не говоря об этом открыто (он не может рисковать важнейшим центром дешифровщиков), передает сообщение Сталину, через посла Великобритании в Москве, Криппса: нацисты перебрасывают на северо-восток сильнейшую группировку войск. Больше ничего. Догадайтесь сами. Черчилль надеется, что сам чрезвычайный факт обращения к нему, пусть и через посла, Премьер-министра Великобритании, заставит Сталина насторожиться.

Он реагирует странно. Все рьяно отрицает, обнимается с послом Гитлера в Москве Шуленбургом, однако, к западной границе СССР оказываются подогнаны Сталиным по разным оценкам от 147 до 186 дивизий, но никакого плана обороны, ни настоящих укреплений у них нет. Зачем они там? Чего ждут?

Интереснейшее чтение в этом плане представляют уникальные дневники посла СССР в Великобритании Ивана Михайловича Майского (Ян Ляховецкий, 1884-1975), изданные в 2015 году Йельским университетом (цитирую его в собственном переводе). Иван Михайлович, сын польского еврея – доктора, получивший образование в Санкт-Петербургском и Мюнхенском университетах, министр труда в правительстве Керенского, меньшевик, либерал, представляет собой интереснейшую личность сам по себе, чудом уцелевшую "от Ильича до Ильича". Впервые он попал в Англию в 1912 году, после февральской революции вернулся в Россию, а потом был назначен в Альбион дипломатом, впоследствии послом, где и проработал до 1942 года. Спасло Майского от репрессии то, что арестовали его только в разгар дела врачей, как английского шпиона, за 2 недели до смерти Сталина. Этот обаятельнейший и умнейший дипломат, среди знакомых которого которого были Беатриса и Сидней Уэбб, Ллойд-Джордж с женой, Ванситарт, Бернард Шоу, Герберт Уэллс, Брендан Бракен, близкий советник Черчилля, Иден и многие другие влиятельнейшие британские деятели, сделал многое, чтобы показать "человеческое лицо" Советов.

Теперь о неожиданности нападения.

9 апреля Черчилль выступает в Парламенте, где говорит, что нападение на Россию Гитлера – вопрос самого скорого времени. Сталин действительно настораживается. Он заявляет, что все это - попытки Великобритании путем провокаций втянуть СССР в войну с Германией, "эти слухи являются неуклюжей пропагандой враждебных СССР и Германии сил, заинтересованных в дальнейшем расширении и развязывании войны" (заявление ТАСС). Майскому поручается передать это во все печатные издания Британии. Все британские газеты публикуют эту ноту протеста.

Сталин, во время проводов японского посланника из Москвы, ОБНИМАЕТ на платформе присутствовавшего там посла Рейха Шуленбурга и заверяет в дружбе между СССР и Германией.

В частной беседе с Майским (о чем он упоминает в дневниках), доверенное лицо Черчилля, язвительный повеса Брендан Бракен, говорит: "Мой совет, снимите дорожные указатели на украинских дорогах. Осложните им задачу". Майский возмущен, он называет уверенность Черчилля в неизбежной воине между Германией и СССР "одержимостью". Все британские газеты обсуждают только одно – какого числа Гитлер нападет на СССР. Москва обвиняет Черчилля в организации массированной кампании дезинформации в прессе с целью втянуть СССР в войну. Все попытки Черчилля обратить внимание на очевидное вызывают у Сталина только более острые приступы параноидального недоверия.

Сталинское руководство гениально интерпретирует присутствие на границе такого количества гитлеровских войск как "войну нервов" и желание выжать таким образом из СССР больше экономического содействия.

Удар будет страшным. А, когда уже поздно: "братья и сестры" и мифология о неожиданности и внезапности… Пять миллионов пленных (почти никто из них не останется в живых), неимоверное количество уничтоженной техники, отданные города и села…

Что же делает 22 июня 1941 года "вечно гадящая англичанка"? Собирается наблюдать "с каменным спокойствием крушение фронта"?

22 июня Черчилль объявляет в Парламенте, что "русские самоотверженно защищают свои семьи и очаги", и "мы сделаем все, чтобы помочь вам, насколько позволяет время, географические условия и наши растущие ресурсы".

Так что же делали дивизии РККА на западной границе СССР, почему они оказались наголову разбиты? Почему удар был так сокрушителен?

Только полный идиот мог поверить в неожиданность нападения. Англичане предупреждали Сталина с апреля, Европа бурлила, какие-то слухи должны были доходить до Кремля так или иначе. Историк Марк Солонин убедительно утверждает, что Сталин собирался напасть первым, но не успел. Планы упреждающего наступления были (и найдены в архивах), а плана обороны не найдено.

Думается, это не единственная причина, если она была. Общая атмосфера паранойи, царящая в руководстве СССР, обрубила все коммуникации. Сталин не доверяет важнейшую политическую информацию высшему командованию армии, командиры, смертельно напуганные недавними казнями и чистками, боятся брать какую-либо инициативу. По этой же причине политические решения скрываются даже от собственных дипломатов, чтобы не просочилась информация, могущая разгневать Гитлера. Левая рука не знает, что делает правая. Ситуация совершенно идиотская. Дивизии стоят, но никто ничего не знает, чтобы ничего никуда не просочилось. Отсюда и нерезбериха, когда управление профессиональными военными берет на себя не только патологически подозревающий всех человек, но и такой, единственный личный опыт "боевой ситуации" которого являлось вооруженное ограбление банка.

Если Черчилль избрал бы ту же тактику стороннего наблюдателя, которую применял Сталин во время захвата Гитлером Балкан – "каменное невмешательство", если бы Запад не оказал никакой помощи вообще, более того, если бы Британия заключила "почетный мир" с Гитлером, если бы не было лендлиза, восстановившего (и более того!) уничтоженную в первые месяцы войны технику, если бы не открыли восточный фронт (не Второй а шестой-седьмой- после британского, африканского, итальянского, балканского, атлантического, фронта в юго-восточной Азии!), очень возможно, война для СССР окончилась бы иначе...

У истории есть сослагательное наклонение. Это честная способность представить себе другой сценарий, который получился бы, если бы одна из сторон в критический момент повела себя иначе. И благодарность за то, что этого не случилось.

"Нападение Гитлера было вероломным, но не неожиданным." (М. Солонин) "Злодеи не всегда умны". Прав был Черчилль.

Карина Кокрэлл-Фере

Между Сталиным и свободой

Вчера в Мастерской опубликовали мое старое (но с новым предисловием!) интервью с Петром Гореликом, ветераном войны, водившим в бой и бронепоезд, и танки, потом преподававшим в военной академии, но все это время с конца 30-х годов дружившим с компанией первых советских поэтов - поэтов, родившихся уже после революции. Слуцкий, Самойлов, Павел Коган, Кульчицкий - на этих образцах росло наше поколение, а ему они были Боря и Дэзик, Павлик и Миша... Я послал интервью в СМИ снова после 2009 года, когда оно вышло в "Совершенно секретно", потому что сейчас опять актуальными стали размышления о том времени, сейчас этим поколением пытаются прикрыться новые сталины, берии и прочие ягоды родного загаженного леса. https://club.berkovich-zametki.com/?p=61416

Грани о новом победобесии

Оптовые спекулянты
Борис Соколов, 13.11.2020

Помощник президента Владимир Мединский заявил, что масштабы геноцида мирного населения среди народов СССР в годы Великой Отечественной войны сопоставимы с Холокостом. И привел фальшивые российские официальные данные о 27 миллионах жителей СССР, погибших в годы Великой Отечественной, из которых только 8,7 миллиона приходится на военнослужащих, а 18 миллионов - мирное население. "Это же чудовищный геноцид, - говорит Мединский. - Геноцид ничуть не менее страшный, чем официально признанный геноцид еврейского, сербского, цыганского населения. Геноцид народов Советского Союза".

На самом деле Советский Союз в 1941-1945 годах потерял не 27, а более 40 миллионов человек, из которых около 27 миллионов приходится на военнослужащих, и от 13 до 14 миллионов - на мирное население. Конечно, что 18, что 14 миллионов погибших мирных жителей - это чудовищные цифры. И они в несколько раз больше, чем число жертв Холокоста - 6 миллионов. Но подавляющее большинство жертв среди гражданских лиц в СССР не могут считаться жертвами геноцида.

В свое время Виктор Некрасов, выступая в годовщину массовых расстрелов у Бабьего Яра, очень точно определил суть геноцида: "Здесь похоронены не только евреи. Но лишь евреи были убиты за то, что они - евреи". Подавляющее большинство жертв среди советского мирного населения не были жертвами геноцида. К таковым можно отнести 1,5 миллиона евреев (еще полмиллиона евреев из Западной Европы также были уничтожены на территории СССР) и около 30 тысяч кочевых, таборных цыган (оседлых цыган немцы не трогали).

В число погибших и умерших советских мирных жителей входят те, кто умер от голода и болезней как на оккупированной, так и на неоккупированной территории, в том числе в блокадном Ленинграде, жертвы боевых действий (обстрелов и бомбардировок), умершие в концентрационных лагерях (как немецких, так и советских), жертвы карательных операций немцев и их союзников против партизан, включая сюда, кроме мирных жителей, самих партизан и расстрелянных заложников, жертвы уголовных преступлений со стороны вермахта и войск СС, жертвы репрессий и уголовных преступлений со стороны советских партизан и военнослужащих, жертвы карательных операций советских войск против антисоветских национальных движений и польской Армии Крайовой, а также жертвы уголовных преступлений Красной Армии и войск НКВД.

Но, видимо, в Кремле решили всех погибших в войне советских мирных граждан записать в жертвы геноцида. Так, Томский государственный университет на полном серьезе предлагает запустить и начать реализацию научно-исследовательского проекта патриотической направленности "Неучтенные потери мирного населения СССР на тыловых территориях как последствие нацистского геноцида в годы Великой Отечественной войны". Очевидно, так и всех жертв ГУЛАГа и НКВД можно будет записать в "последствие нацистского геноцида".

Все началось еще в мае 2019 года, когда Следственный комитет России возбудил дело о геноциде по факту обнаружения массового захоронения мирных граждан в районе деревни Жестяная Горка Батецкого района Новгородской области. Жестяная Горка привлекла внимание российских следователей прежде всего потому, что в этом районе действовали карательные отряды СД, в том числе сформированные из жителей Эстонии и Латвии. И вот 27 октября 2020 года Соловецкий районный суд Новгородской области признал геноцидом массовые убийства, совершенные нацистами в районе Жестяной Горки.

Комментируя это решение, российский официальный историк Борис Ковалев заявил, что первое судебное решение о признании факта геноцида советского мирного населения может послужить базой для дальнейших гражданских дел в отношении действий нацистов в годы Великой Отечественной войны, поскольку "родственники убитых во время войны в таких лагерях, как Жестяная Горка, могут подавать иски о материальной компенсации не на уровне государства, а на уровне индивида". Вот где собака зарыта! Разумеется, речь идет не о наказании виновных - они либо уже были наказаны, либо давно умерли, - а о том, чтобы иметь возможность подавать иски о возмещении нанесенного геноцидом ущерба к правительствам Германии, а также Эстонии, Латвии и других постсоветских стран, чьи жители служили в немецких карательных отрядах. Ну а то, что в этих отрядах в не меньшей мере служили жители России и что Литва, Латвия, Эстония, Украина и другие государства бывшего СССР в период нацистской оккупации не обладали государственной правосубъектностью - это мелочи, на которые российские историки и юристы предпочитают не обращать внимания.

Только что ФСБ рассекретила документы об уроженцах Украины из состава немецкой карательной группы тайной полевой полиции ГФП-721, которые в годы Великой Отечественной войны замучили сотни советских граждан на оккупированных территориях юго-западной части СССР, включая Ростовскую область. По всей видимости, там вскоре пройдет такой же процесс о признании фактов геноцида советского народа, как и в Новгородской области. Следственный комитет России уже возбудил уголовное дело по факту оккупации нацистами города Миллерово Ростовской области в период с 1942 по 1943 годы.

Все эти мероприятия приурочены к международному форуму "Уроки Нюрнберга", который пройдет в музее Победы в Москве 20-21 ноября. Вероятно, там кем-то из первых лиц государства будет провозглашен тезис о геноциде советского народа нацистами. Это позволит подавать бесконечные индивидуальные иски о компенсации за геноцид от имени родственников погибших к Германии и постсоветским странам, чьи жители в свое время служили в германских карательных отрядах. Естественно, шансы на удовлетворение этих исков равны нулю, но на это и не рассчитывают.

Кампания имеет чисто пропагандистское значение. Она должна как бы компенсировать иски и требования к России в сопредельных государствах покаяться и заплатить за ущерб, принесенный сталинскими репрессиями, Голодомором и оккупацией тех стран и территорий, которые были насильно включены в состав СССР в результате пакта Молотов - Риббентроп. И что, может быть, еще важнее, путинская Россия хочет утвердить третий, наряду с Холокостом и геноцидом армян в годы Первой мировой войны, "геноцид советского народа". Это поможет сплочению народа России вокруг существующей власти. А заодно культ жертв этого нового геноцида должен способствовать тому, чтобы тема сталинских репрессий была забыта обществом.

Наверняка многие захоронения жертв репрессий в Европейской части СССР постараются выдать за жертв нацистов и их союзников, что уже пытается сделать Российское военно-историческое общество в Сандаромохе. Кремль хотел бы забыть и о самом настоящем геноциде, творившемся в сталинское время. И речь здесь не только о расстреле более 20 тысяч поляков весной 1940 года в Катыни и других местах, но прежде всего о "национальных операциях" НКВД 1937-1938 годов. К расстрелу или, если повезет, к заключению в лагерь приговаривали поляков, немцев, латышей, эстонцев, греков, финнов и представителей некоторых других национальностей, считавшихся "неблагонадежными". Всего в ходе "национальных операций" было расстреляно 247,2 тысячи человек. Вот это был геноцид чистой воды, так как людей убивали только за принадлежность к той или иной национальности. Но осудить этот геноцид в отношении сотен тысяч граждан СССР нынешнему руководству СССР как-то не приходит в голову.

Порой тема "геноцида советского народа" принимает совсем уж фарсовые формы. В Карелии готовят к открытию "Бутафорский концлагерь" в деревне Ватнаволок Кондопожского района, где "будут воспроизведены жизнь и быт малолетних узников финских лагерей". В "Бутафорском концлагере" планируют проводить со школьниками "Патриотические выходные". Дети в подвале играли в гестапо...

А тут как раз спецдокладчики ООН обратили внимание властей России на проблему жертв советских репрессий, которые до сих пор не могут получить компенсацию за незаконно отнятое жилье. Но до выплат тем, кто пострадал от советского тоталитарного государства, у России все руки не доходят.

29 октября

Это написано не позднее сорока лет назад. Отмечали комсомольской газетой комсомольскую годовщину. А я - об этом. Сейчас, слава богу, комсомола для меня нет, но есть совсем другая, болгарская, а не башкирская, осень. А я опять об этом...

Такое быстрое течение,
что сносит звёздные следы.
Дрожит разорванное зрение
от убегающей воды.

Отсроченное ощущение
неотвратимости снегов
пустые гонит сожаления
ещё открытых берегов.

Сухие стебли в отупении
шуршат опавшим ветерком...
Скрипя ветвями и ступенями,
уходит месяц в звёздный дом.

IMGP0894.JPG

Грани об актуальности Сахарова

Сбывшееся пророчество
Борис Соколов, 27.07.2020

27 июля 1980 года академик Андрей Сахаров, находясь в ссылке в Горьком, направил открытое письмо генеральному секретарю ЦК КПСС Леониду Брежневу.

"Военные действия в Афганистане продолжаются уже семь месяцев. Погибли и искалечены тысячи советских людей и десятки тысяч афганцев - не только партизан, но главным образом мирных жителей - стариков, женщин, детей - крестьян и горожан. Более миллиона афганцев стали беженцами. Особенно зловещи сообщения о бомбежках деревень, оказывающих помощь партизанам, о минировании горных дорог, что создает угрозу голода для целых районов. Есть сведения о применении напалма, мин-ловушек и новых типов оружия. Крайнюю тревогу вызывают (непроверенные) сообщения о случаях применения нервно-паралитических газов. Некоторые из этих сообщений, возможно, недостоверны, но общая мрачная картина не подлежит сомнению. Ожесточение борьбы, жестокости с обеих сторон возрастают, и конца этой эскалации не видно.

Также не подлежит сомнению, что афганские события кардинально изменили политическое положение в мире. Они поставили под удар разрядку, создали прямую угрозу миру не только в этом районе, но и везде. Они затруднили (а, может, сделали вообще невозможной) ратификацию Договора ОСВ-2, жизненно важного для всего мира, в особенности как предпосылка для низших этапов процесса разоружения. Советские действия способствовали (и не могли не способствовать!) увеличению военных бюджетов и принятию новых военно-технических программ во всех крупнейших странах, что будет сказываться еще долгие годы, усиливая опасности гонки вооружений. На Генеральной Ассамблее ООН советские действия в Афганистане осудили 104 государства, в том числе многие, ранее безоговорочно поддерживавшие любые действия СССР. Внутри СССР усиливается разорительная сверхмилитаризация страны (особенно губительная в условиях экономических трудностей), не осуществляются жизненно важные реформы в хозяйственно-экономических и социальных областях, усиливается опасная роль репрессивных органов, которые могут выйти из-под контроля".

Если заменить в этом письме "Афганистан" на "Сирию" и "Украину", дату - на 27 июля 2020 года, а "СССР" на "Россию", то дальше текст письма можно не менять, поскольку все, что говорил Сахаров о брежневском Советском Союзе в 1980 году, справедливо в отношении путинской России 40 лет спустя. Совпадает почти все, вплоть до деталей, вроде применения химического оружия. Путинский застой совпадает с брежневским как в плане агрессивной и экспансионистской внешней политики, поставившей страну в условия международной изоляции, так и в плане сверхмилитаризации и громадного роста роли репрессивных органов внутри страны.

В Афганистане Сахаров предлагал достичь политического урегулирования, для чего считал необходимым следующий комплекс мер:

"- СССР и партизаны прекращают военные действия - заключается перемирие; - СССР заявляет, что готов полностью вывести свои войска по мере замены их войсками ООН. Это будет важнейшим действием ООН, соответствующим ее целям, провозглашенным при ее создании, и резолюции ста четырех ее членов;

- нейтралитет, мир и независимость Афганистана гарантируются Советом Безопасности ООН в лице его постоянных членов, а также, возможно, соседних с Афганистаном стран;

- страны - члены ООН, в том числе СССР, предоставляют политическое убежище всем гражданам Афганистана, желающим покинуть страну. Свобода выезда всем желающим - одно из условий урегулирования;

- правительство Бабрака Кармаля до проведения выборов передает свои полномочия временному Совету, сформированному на нейтральной основе с участием представителей партизан и представителей правительства Кармаля. И партизаны принимают участие в них на общих основаниях".

Разумеется, Брежнев на письмо Сахарова не ответил и идеи, высказанные в нем, даже не пытался провести в жизнь. Сахарова ведь сослали в Горький как раз за критику ввода советских войск в Афганистан, перед этим лишив звания трижды Героя социалистического труда, всех государственных наград и Сталинской и Ленинской премий. Но он не успокоился и продолжал критиковать советскую политику в Афганистане даже после того, как Михаил Горбачев вернул его из горьковской ссылки в Москву.

На первом съезде народных депутатов СССР Андрея Дмитриевича травили прежде всего за его позицию по Афганистану, и в том числе за утверждение, будто советские генералы приказывали расстреливать с вертолетов тех своих подчиненных, которых могли захватить в плен повстанцы. Не знаю, была ли такая практика именно в Афганистане, но в советской истории она встречалась неоднократно. Так, во время советско-финской войны 1939-1940 годов советские войска, окруженные в районе севернее Ладожского озера, перед попыткой прорыва убили своих раненых, которых они не могли взять с собой. Об этом финны успели рассказать в своих листовках на линии фронта еще до окончания боевых действий. Такая же участь постигла и некоторых раненых красноармейцев во время окружения 2-й Ударной армии у Мясного бора в 1942 году.

По иронии судьбы как раз 27 июля вступает в силу очередное бессрочное прекращение огня между украинской армией и марионеточными ДНР и ЛНР (правда, перспективы его соблюдения весьма туманны и его может постичь судьба предыдущих соглашений такого рода). К урегулированию конфликта в Донбассе план Сахарова, конечно, неприменим, поскольку здесь мы имеем вялотекущую российско-украинскую войну, причем Россия отказывается признавать свое участие в этой войне. А вот в отношении Сирии основные пункты этого плана могли бы быть реализованы при условии, что их приняли бы и Россия, и Иран, и Турция, и правительство и оппозиция в Сирии, и мировое сообщество. На все это, правда, в настоящий момент шансов мало.

Что ж, после письма Сахарова Брежневу СССР просуществовал только 11 лет. Интересно, сколько продержится путинская Россия после хабаровских демонстраций?

Грани о юбилее шарашек

Герои рабского труда
Борис Соколов, 15.05.2020


15 мая 1930 года началась история такого важного порождения советского ГУЛАГа, как шарашки. Председатель ВСНХ СССР Валериан Куйбышев и фактический глава ОГПУ Генрих Ягода подписали "Циркуляр Высшего Совета Народного Хозяйства и Объединенного государственного политического управления" об "использовании на производствах специалистов, осужденных за вредительство".

Особо подчеркивалось, что "использование вредителей следует организовать таким образом, чтобы работа их проходила в помещениях органов ОГПУ". Этот циркуляр был непосредственно связан с развернутой в СССР кампанией по борьбе с вредительством "буржуазных спецов". Таким образом пытались объяснить многочисленные аварии и катастрофы, случавшиеся в советском народном хозяйстве, а также невыполнение планов пятилетки. Апофеозом кампании стали "Шахтинское дело" (официальное название - "Дело об экономической контрреволюции в Донбассе"), слушавшееся в мае - июле 1928 года, и "дело Промпартии", процесс по которому проходил в ноябре - декабре 1930 года. За решеткой оказались тысячи высококлассных специалистов, которых остро не хватало в промышленности, на транспорте, в научно-технических учреждениях. Только по "делу Промпартии" и связанным с ним делам в советских регионах было арестовано более 2 тысяч человек, в большинстве своем - квалифицированных инженеров и техников.

Еще в конце 1929 года для нужд советской авиапромышленности было создано ЦКБ-39 ОГПУ имени Менжинского, использовавшее труд заключенных. Циркуляр от 15 мая 1930 года призван был упорядочить использование тех специалистов, которые оказались за решеткой. Если по "Шахтинскому делу" из 11 человек, приговоренных к расстрелу, пятеро действительно были расстреляны, то по "делу Промпартии" ни один из пяти приговоренных к высшей мере не был казнен, а глава мифической "Промпартии" профессор Леонид Константинович Рамзин, директор Всесоюзного теплотехнического института, член Госплана и ВСНХ, в 1943 году стал лауреатом Сталинской премии первой степени за создание конструкции прямоточного котла.

Шарашки, как стали называть научно-технические коллективы из специалистов-заключенных, стали шансом на спасение значительной части репрессированной научно-технической интеллигенции. Как правило, шарашки занимались оборонной тематикой. На ученых-гуманитариев эти "блага" прямо не распространили, но у них был шанс попасть туда прежде всего в качестве переводчиков иностранной научно-технической литературы и периодики. Так попал в Марфинскую шарашку, запечатленную Александром Солженицыным в романе "В круге первом", будущий известный диссидент-правозащитник Лев Копелев, филолог-германист по основной специальности. В шарашке он стал одним из основоположников фоноскопии, чьи достижения МГБ собиралось использовать для идентификации голосов подозреваемых.

Для руководства шарашками в 1930 году в рамках Экономического управления (ЭКУ) ОГПУ было организовано Техническое отделение. Ему подчинялись специальные ОКБ, комплектовавшиеся из заключенных. Но в 1934 году все ОКБ при ОГПУ СССР были ликвидированы, а работавшие там осужденные освобождены и переведены по большей части в закрытые оборонные ОКБ. Начальство сочло, что бывшие "вредители" искупили свою вину если не кровью, то мозгами и теперь могут трудиться на воле, хотя и не слишком свободно (в военных КБ сохранялась масса ограничений, в том числе на свободу передвижения).

Однако шарашки умерли совсем ненадолго. Они возродились к жизни вместе с Большим террором 1937-1938 годов, в результате которого в ГУЛАГе оказались десятки тысяч профессоров и инженеров, в том числе и те, кто прежде принадлежал к советской номенклатуре. Лаврентий Берия, сменивший в конце 1938 года Николая Ежова во главе НКВД, а еще в августе ставший первым заместителем наркома внутренних дел, решил создать новые шарашки. В конце сентября 1938 года по его инициативе на свет появился Отдел особых конструкторских бюро НКВД СССР, которому теперь подчинялись КБ из зэков. А уже в январе 1939 года он был преобразован в Особое техническое бюро (ОТБ) при наркоме внутренних дел СССР, предназначенное для использования заключенных, имеющих специальные технические знания.

В июле 1941 года, с началом Великой Отечественной войны, Особое техническое бюро было развернуто в 4-й спецотдел НКВД СССР. Шарашки внесли немалый вклад в советскую победу и в послевоенную гонку вооружений. Достаточно сказать, что ЦКБ-29 НКВД, созданное в конце 1938 года, укомплектовали осужденными по 58-й статье УК РСФСР главными конструкторами: Владимиром Михайловичем Петляковым, Владимиром Михайловичем Мясищевым, Андреем Николаевичем Туполевым и Дмитрием Людвиговичем Томашевичем. Там, в частности, были созданы пикирующий бомбардировщик Пе-2 и фронтовой пикирующий бомбардировщик Ту-2. В ЦКБ-29 начинал работать вынутый полуживым из лагеря Сергей Королев, ставший первым Главным конструктором советских космических кораблей. Освободили его в 1944 году, а реабилитировали лишь в 1957-м. Интересно, что на членов семей осужденных конструкторов из ЦКБ-29 не распространялось понятие "член семьи врага народа". Их не выгоняли из квартир, не выселяли из Москвы, даже выплачивали зарплату их мужей и отцов.

После войны были созданы шарашки для захваченных немецких ученых и инженеров, трудившихся над созданием разного рода вооружений и боевой техники. Формально они не были осуждены и не считались заключенными, но не могли свободно покинуть место работы. Возможно, самым известным из вывезенных в СССР немецких ученых был барон Манфред фон Арденне, участник германского ядерного проекта. В СССР он получил две Сталинских премии за изобретение электронного микроскопа и за электромагнитное разделение изотопов и получение лития-6, что имело непосредственное отношение к производству оружейного урана.

А германский ученый Николаус Риль, возглавлявший советское производство металлического урана, не только получил Сталинскую премию первой степени, но и был удостоен звания Героя Социалистического Труда. Однако, будучи репатриирован в 1955 году с правом проживания только в ГДР, свежеиспеченный кавалер Золотой Звезды Риль буквально через 4 недели предпочел бежать в Западную Германию. Своим мемуарам о пребывании в СССР он дал характерное заглавие: "10 лет в золотой клетке". Германскому оружейнику Гуго Шмайссеру, который вместе со своим коллективом внес немалый вклад в конструирование легендарного автомата Калашникова, повезло меньше. Вскоре после возвращения в Восточный Берлин в 1953 году он умер при не проясненных до конца обстоятельствах.

Стимул изобретать и конструировать в ударном порядке у обитателей шарашек был немалый. В случае, если разработанные ими образцы принимались на вооружение, конструкторов не только освобождали, но и награждали орденами и премиями, давали под начало новые, уже вольные КБ и институты. Одному из сотрудников шарашки, итальянскому авиаконструктору графу Роберту Оросу ди Бартини, неосмотрительно приехавшему в 20-е годы в СССР строить социализм, а теперь доказывавшему, что ни в чем не виноват, Берия с веселым цинизмом ответил: "Конечно, знаю, что ты не виноват. Был бы виноват - расстреляли бы. А так: самолет - в воздух, а ты - Сталинскую премию и на свободу". И Бартини действительно повезло. В 1946 году его освободили (правда, Сталинской премии не дали, ограничились орденом Ленина).

По иронии судьбы Лаврентий Берия, сформировавший систему шарашек в СССР, стал ее могильщиком. Вскоре после смерти Сталина, 30 марта 1953 года по инициативе Лаврентия Павловича, возглавившего Министерство внутренних дел, был расформирован 4-й спецотдел МВД. Опыт руководства советским ядерным проектом убедил Берию, что наиболее эффективным все-таки является вольнонаемный труд ученых и конструкторов, простимулированный высокими наградами и денежными премиями. К тому же к 1953 году все крупные ученые, прежде работавшие в шарашках, давно уже были освобождены. А поступления новых из-за прекращения широкомасштабных репрессий больше не предвиделось.

Грани о Гулаге

Вертухайский юбилей
Борис Соколов, 25.04.2020


25 апреля 1930 года, 90 лет назад, приказом ОГПУ № 130/63 во исполнение постановления Совнаркома СССР о введении в действие "Положения об исправительно-трудовых лагерях" от 7 апреля 1930 года было организовано Управление исправительно-трудовых лагерей ОГПУ. А уже 1 октября 1930 года УЛаг ОГПУ было переименовано в Главное Управление исправительно-трудовых лагерей ОГПУ (ГУЛаг). Так родилась великая советская тюремно-лагерная империя, в несколько уменьшенном варианте сохранившаяся в России до наших дней.

Первый летописец этой империи Александр Солженицын сделал аббревиатуру ГУЛАГ известной во всем мире. Она без перевода вошла во многие иностранные языки. Нобелевский лауреат, поплатившийся за свой трехтомный "Архипелаг ГУЛАГ" высылкой из СССР, открыл стране и миру целый материк лагерно-тюремной жизни, о существовании которого на Западе подавляющее большинство людей даже не подозревало, и создал психологически убедительный портрет его подневольных обитателей. Солженицын доказал, что "архипелаг ГУЛАГ" родился еще при "хорошем" Ленине, а "плохой" Сталин в развитии этой системы точно следовал ленинским заветам; что террор отнюдь не начался в 1937 году, как пытался представить это дело Хрущев, и что по числу жертв, включая умерших от голода, насильственная коллективизация значительно превосходит Большой террор 1937-1938 годов.

В "Архипелаге" писатель не только вскрыл советский механизм террора и политических репрессий, но и рассказал ряд ярких, психологически достоверных историй людей, чья жизнь навсегда была сломана ГУЛАГом. В деле дискредитации коммунизма и советского опыта на Западе "Архипелаг" сыграл выдающуюся роль, причем как раз в разгар политики разрядки, когда западная общественность стремилась видеть в Советском Союзе только хорошее.

Во многом развитием труда Солженицына стала деятельность общества "Мемориал", которое опубликовало и исследовало огромный документальный материал, посвященный репрессиям советской эпохи.

ГУЛАГ неслучайно возник в 1930 году, в самом начале насильственной коллективизации. Чекисты готовились подавлять неизбежное крестьянское сопротивление, а арестованных и осужденных надо было где-то содержать. И не просто содержать, а еще и заставить работать, чтобы зэки хотя бы частично окупали затрачиваемые средства, а в идеале приносили бы прибыль посадившему их государству. В подавляющем большинстве европейских государств труд заключенных рассматривается как дело добровольное и направленное на перевоспитание и социальную реабилитацию заключенных, равно как и на предоставление им некоторого дополнительного дохода. Эти деньги могут идти на улучшение условий содержания, но никак не на повышение дохода исправительного учреждения. В СССР, да и в современной России гулаговские зоны выполняют прежде всего карательную функцию и представляют определенный коммерческий интерес для некоторых высокопоставленных чинов ФСИН.

Экономическую неэффективность ГУЛАГа доказал еще Лаврентий Берия, обративший внимание на то, что если в стоимость производимый зэками продукции включить расходы на их содержание, а также на охранников и надзирателей, то производственная деятельность МВД становится убыточной. Возглавив МВД после смерти Сталина, он первым делом ликвидировал добрую половину лагерей и амнистировал половину осужденных, имевших небольшие сроки и арестованных во многом для того, чтобы эксплуатировать их, как считалось, бесплатный труд в ГУЛАГе. Этот принудительный труд использовался там, где трудно было найти вольных работников, в том числе для колонизации отдаленных и неблагоприятных по климату земель на севере и востоке СССР, а также на тяжелых и вредных производствах, вроде лесоповала, и при добыче в шахтах угля и разных руд, включая урановые.

При всей экономической неэффективности в системе ГУЛАГа процветала коррупция. Источником обогащения лагерного начальства были как приписки, завышавшие объем выполненных заключенными работ, так и присвоение средств, выделенных на содержание заключенных, в том числе за счет "мертвых душ" - уже умерших или освобожденных заключенных.

Значительную часть заключенных ГУЛАГа составляли осужденные по политическим статьям. В 1934 году таких было 26,5 процента от всего тюремно-лагерного населения. Наивысшей их доля оказалась в 1947 году - 59,6 процента. Рекордной численность политзаключенных была в 1950 году - 578 912 человек, что составляло 22,7% от общего числа заключенных. А всего в ГУЛАГе, по официальным и скорее всего заниженным данным, в 1930-1956 годах скончалось 1 606 700 заключенных. Пик смертности пришелся на 1938 год - год Большого террора (108,7 тысячи человек) и на 1942-й - самый голодный год Великой Отечественной (352,6 тысячи человек). Неслучайно исправительно-трудовые лагеря Солженицын назвал "истребительно-трудовыми".

В сегодняшней российской ФСИН число политзаключенных исчисляется не сотнями тысяч, как в сталинском ГУЛАГе, а сотнями. И смертность не сравнить со сталинскими годами - в последние годы, по официальным данным, ежегодно умирает от 2,7 до 3,1 тысячи заключенных, хотя нынешняя вспышка коронавируса, к несчастью, вызовет значительный рост смертности в тюрьмах и колониях. При этом сущность ФСИН осталась гулаговской. Ее задача - не воспитание, исправление и социальная реабилитация, а подавление личности и обогащение начальников колоний и высокопоставленных сотрудников ФСИН за счет практически бесплатного труда зэков, о чем свидетельствует непрекращающаяся череда коррупционных скандалов в Федеральной службе исполнения наказаний.

Грани об убийстве Кирова

Убийство в коридорчике
Борис Соколов, 01.12.2019

85 лет назад, 1 декабря 1934 года, в коридоре Смольного прозвучали три выстрела. Двумя из них был убит Сергей Миронович Киров, глава ленинградских коммунистов, член Политбюро ЦК ВКП(б). Он считался одним из фаворитов Сталина; генсек собирался со временем забрать его в Москву, на должность в центральном руководстве.
Реакцией Сталина на убийство в Смольном стало начало террора против бывших деятелей внутрипартийной оппозиции. В Ленинграде состоялся первый открытый политический процесс, направленный не против вредителей из числа "бывших", а против коммунистов, чье видение дальнейшего развития СССР когда-то расходилось со сталинским. Что еще важнее, смерть Кирова стала предлогом для принятия нового репрессивного законодательства, позволявшего судить "врагов народа" - то есть непримиримых противников советской власти, якобы имевших "террористические намерения", - по ускоренной процедуре, без соблюдения процессуальных норм и с немедленным приведением смертного приговора в исполнение.
Это стало важным шагом на пути к Большому террору 1937-1938 годов. Уже в мае 1935 года были созданы "тройки" НКВД, получившие право без суда ссылать или заключать в лагерь сроком на 5 лет. Непосредственно же после убийства Кирова прошла массовая высылка из Ленинграда всех тех, кого сочли неблагонадежными. Этих ссыльных неофициально называли "кировским потоком". Здесь были как представители "эксплуататорских классов", так и бывшие внутрипартийные оппозиционеры разного толка.
Сталин писал своим соратникам по ЦК: "Ленинград является единственным в своем роде городом, где больше всего осталось бывших царских чиновников и их челяди, бывших жандармов и полицейских... Эти господа, расползаясь во все стороны, разлагают и портят наши аппараты". Всего в 1935 году из Ленинграда и Ленинградской области было выслано 39 660 человек, из которых 24 374 человек помимо запрета жить в Ленинграде, Москве и других крупных городах были приговорены к различным наказаниям.
После смерти Сталина и разоблачения "культа личности" широко распространилась версия о том, что Киров был убит по указанию Сталина, будто бы видевшего в нем опасного соперника в борьбе за власть и искавшего предлог для развязывания Большого террора. Сам Хрущев на XXII съезде КПСС, продвигая решение о выносе тела Сталина из мавзолея, прямо намекнул на причастность генсека к смерти Кирова.
Однако конкретные обстоятельства покушения в Смольном опровергают любые версии заговора. В коридоре, по которому шел Киров, раздалось не два, а три выстрела. Третьим выстрелом убийца Кирова, ленинградский рабочий Леонид Николаев, попытался покончить с собой. Но ему не повезло. В это время в злополучном коридоре монтер, стоя на стремянке, ремонтировал проводку. Услышав первый выстрел, он обернулся и метнул в Николаева отвертку. Она попала в руку с револьвером, рука дрогнула, и третья пуля попала в потолок, а не в голову убийцы. Затем на Николаева набросились, скрутили, и больше шансов покончить с собой у него не было.
Убийца Кирова, безусловно, не планировал ни бесед со следователями, ни пламенной речи на суде. Человека, собиравшегося покончить с собой, следователи легко сломали и заставили оговорить своих друзей и знакомых, чтобы представить убийство Кирова результатом заговора недобитых троцкистов и зиновьевцев. Зиновьева и Каменева заставили взять на себя "моральную ответственность" за убийство Кирова и ненадолго посадили, чтобы уже в 1936 году расстрелять на Первом московском процессе. Но если бы не случайно брошенная отвертка, Николаев наверняка бы успел свести счеты с жизнью. А тогда невозможно было бы организовать политический процесс и обвинить в убийстве конкретных оппозиционеров. Если бы убийство Кирова было организовано НКВД по приказу Сталина, то было бы заранее сделано все, чтобы предотвратить возможность самоубийства Николаева.
Есть и еще одно доказательство. В роковой для него день Сергей Миронович не планировал приезжать в Смольный, а должен был ехать сразу в Таврический дворец, чтобы выступить перед ленинградским партхозактивом с речью об отмене продовольственных карточек. В последний момент, уже на пути в Таврический, он все-таки решил заехать в Смольный за какими-то бумагами. Там он совершенно случайно столкнулся с Николаевым, который безуспешно пытался получить в Смольном пригласительный билет на партхозактив в Таврический. А револьвер тот всегда носил с собой. В то время членам партии разрешалось носить оружие, а в Смольный можно было попасть, просто предъявив партбилет. Если бы действия Николаева направлял НКВД, то билет в Таврический чекисты достали бы ему заранее.
На самом деле Леонид Николаев был типичным убийцей-одиночкой. За некоторые прегрешения (отказ поехать на "картошку") он был исключен из партии и уволен с мелкой номенклатурной должности в Ленинградском Институте истории партии. После апелляции исключение из партии заменили на выговор, но в должности не восстановили. Вкусивший вольготной жизни чиновника Николаев на завод возвращаться не стал, а начал добиваться приема у Кирова и других руководителей ленинградской парторганизации, но безуспешно. Тогда в нем стала расти злоба против "партбюрократов" и он решил кого-нибудь из них убить, а потом покончить с собой. Соответствующие записи Николаев сделал в своем дневнике. В качестве потенциальных жертв фигурировали Киров, второй секретарь Ленинградского обкома Михаил Чудов и директор Ленинградского Истпарта Отто Лидак, но в конце концов Николаев остановился на Мироныче как фигуре наиболее значительной, чье убийство позволит ему войти в историю.
Жена Николаева, латышка Мильда Драуле (по делу об убийстве в Смольном ее расстреляли как сообщницу Николаева, через которую он будто бы поддерживал связь с разведкой Латвии), работавшая секретаршей в Ленинградском обкоме партии, а затем инспектором сектора кадров Уполномоченного Наркомата тяжелой промышленности в Ленинграде, пыталась помочь мужу встретиться с Кировым, не подозревая, что Николаев собирался его убить. Ходили слухи, будто мотивом убийства была ревность. Однако в дневнике Николаева на это нет даже намека. Также нет никаких данных, что у Кирова была связь с Мильдой Драуле, хотя он был известен амурными похождениями. Недаром сразу после убийства ленинградские обыватели, согласно донесениям НКВД, говорили, что Кирова убили "из-за баб", хотя понятия не имели ни о Леониде Николаеве, ни о Мильде Драуле.

В июне 1938 года комиссар госбезопасности 3-го ранга Генрих Люшков перед неминуемым арестом и расстрелом предпочел сбежать в оккупированную японцами Маньчжурию, откуда его переправили в Японию. В 1934-1935 годах Люшков входил в группу по расследованию убийства Кирова, допрашивал Николаева, был знаком с его дневником. И уже в конце 30-х годов Люшков в японской прессе первым написал, что Николаев был типичным убийцей-одиночкой, а мотивом убийства было нежелание Кирова восстановить его на работе в Истпарте. Все обвинения против оппозиционеров были, по утверждению Люшкова, чистой воды фальсификацией и фабриковались по указанию Сталина. Николаев же, по словам Люшкова, "безусловно не принадлежал к группе Зиновьева": "Он был ненормальный человек, страдавший манией величия. Он решил погибнуть, чтобы стать историческим героем. Это явствует из его дневника".
Сталин, не имевший никакого отношения к убийству Кирова, использовал это событие по полной программе. Объявив убийство делом рук внутрипартийной оппозиции, генсек уже в 1935 году подготовил всю инфраструктуру Большого террора.

Грани об ошибках Нарышкина

Перевирая наши даты
Борис Соколов, 23.10.2019


Директор Службы внешней разведки и по совместительству глава Российского исторического общества Сергей Нарышкин разразился статьей в сербской газете "Вечерние новости" к 75-летию освобождения Белграда. Юбилейный текст полон искажений и умолчаний.
Например, указывая, что "в знаменитом воззвании к всенародному восстанию от 4 июля 1941 г. лидер партизан Иосип Броз Тито обратился к сербам, хорватам, словенцам, черногорцам и македонцам в том числе с призывом: "Не позволим по нашим дорогам перевозить военные припасы и иные средства, которые служат фашистским ордам в их борьбе против Советского Союза", Нарышкин ничего не говорит о том, что Тито был главой коммунистической партии Югославии и представителем Коминтерна в этой стране. Поэтому он и призвал к борьбе против германских и итальянских оккупантов только после нападения Германии на СССР. До этого, в короткий период советско-германской дружбы, Коминтерн по требованию Сталина запрещал компартиям вести открытую борьбу против Германии и ее союзников и коммунистическая пропаганда делала упор на ответственность Англии и Франции за Вторую мировую войну.
Рассказывая о действовавшем в Югославии во время войны героическом советском разведчике Леониде Линицком, Нарышкин забыл упомянуть, что мать Линицкого была расстреляна в рамках "польской операции" НКВД как "польская шпионка". Да и сам Леонид Леонидович, судя по ряду признаков, отправился в мир иной не без помощи своих коллег из советской разведки. Он скончался в январе 1954 года от внезапной остановки сердца в одной из капиталистических стран, где находился с нелегальной разведывательной миссией. При этом тело Линицкого было доставлено в СССР и захоронено в Москве на Ваганьковском кладбище.
Как раз в это время советская внешняя разведка в составе МВД, а потом КГБ занималась ликвидацией тех зарубежных резидентов, которые считались ненадежными из-за предполагаемых связей с поверженным Берией (некоторые из них, вроде Владимира Петрова (Афанасия Шорохова) в Австралии, догадались, что их ждет, и успели сбежать). Внезапная остановка сердца - наиболее распространенная причина смерти в случае применения яда. А тело могли срочно эвакуировать в СССР, чтобы не допустить проведения судебно-медицинской экспертизы, которая могла бы обнаружить следы яда. За операцией Петрова и Боширова стоит богатая историческая традиция.
Нарышкин старательно перечисляет все то, что в 1944 году советская авиация перебросила югославским партизанам: 1758 тонн грузов с вооружениями, боеприпасами, обмундированием и медикаментами и более 2600 советских военных специалистов и медицинских работников. Но забывает о том, что советские войска не только помогали армии Тито освободить Белград, но за месяц пребывания на сербской земле отметились и другими поступками, о которых сейчас в России очень не любят вспоминать. В октябре 1944 года советские солдаты в Сербии изнасиловали 121 женщину и 111 из них убили. Вероятно, изнасилованных было значительно больше - несколько сотен или даже тысяч. Просто большинство жертв не заявили о преступлении.
В Москву от Тито отправилась делегация, в составе которой был и будущий известный диссидент, а тогда партизанский генерал Милован Джилас. По его словам, утверждения членов делегации о том, что Красная Армия грабит, убивает и насилует, тогда как британские военнослужащие, представители буржуазной армии, находящиеся на территории Югославии, ничего подобного не делают, на Сталина не произвели никакого впечатления. Будущий генералиссимус обвинил Джиласа и его товарищей в оскорблении Красной Армии и снисходительно заметил, что солдаты, прошедшие с боями от Сталинграда до Балкан, должны иметь возможность расслабиться. В дальнейшем они "расслаблялись" подобным образом и в других освобождаемых странах Европы.
А еще Нарышкин пишет: "После того как войска союзников покинули Югославию, НОАЮ к концу 1944 г. окончательно очистила страну от немцев". Тут действительного государственного советника Российской Федерации 1 класса должен поправить любой грамотный школьник. Сараево югославские партизаны освободили только 2 мая 1945 года, а Загреб - только 8 мая, в рамках общей капитуляции вермахта. Помню, как на школьных уроках истории на доске развешивались соответствующие карты, где все эти даты были указаны.
Глава СВР призывает сохранять историческую память в имперско-советской трактовке, без Сталина - агрессора и пособника Гитлера, без преступлений Красной Армии и НКВД и без последующего установления коммунистических тоталитарных режимов. Но в Европе и во всем мире обо всем этом слишком хорошо помнят. Нарышкинские угрозы насчет того, что Литва, обличающая пакт Молотова - Риббентропа, рискует лишиться Вильнюса и его окрестностей, а Польша - Силезии и Восточной Пруссии, звучат просто смешно. Ведь юридически послевоенные границы в Европе были установлены не секретными протоколами к советско-германским договорам 1939 года, а решениями Ялтинской и Потсдамской конференций и межгосударственными соглашениями с участием СССР, чьим правопреемником считает себя современная Россия.
Нарышкинский исторический экскурс завершается ритуальным донесением о провале попыток Вашингтона построить "однополярный мир на обломках других государств". Об этом же любят говорить Путин, Лавров и Шойгу. С чем связано их ликование, для меня остается загадкой. Ведь обе мировые войны как раз и возникли в условиях многополярного мира. Неужели Путин и его министры всерьез хотят третьей мировой?

Грани о вторжении в Польшу

Походная кухня
Борис Соколов, 17.09.2019



17 сентября 1939 года по предварительной договоренности с Гитлером Сталин ввел Красную Армию в Польшу, торопясь получить причитающееся СССР по пакту Молотова - Риббентропа. В советской историографии это называлось "Освободительный поход Красной Армии в Западную Белоруссию и Западную Украину". Теперь официальные российские историки предпочитают именовать эти события менее пафосно - "Польский поход Красной Армии 1939 года" (в нацистской Германии война против Польши также официально именовалась "Польским походом").
На самом деле это была ничем не спровоцированная агрессия и настоящий удар в спину польской армии, мужественно сражавшейся против превосходящих германских сил. К моменту вторжения Красной Армии польские войска уже были разбиты. Немцы стояли у Бреста и Львова. Но поляки продолжали оборону Варшавы и еще нескольких окруженных крепостей. Остатки же польской армии готовились дать последний бой в Восточной Польше, куда как раз и вторглись советские войска.
Для обоснования этого вторжения Москвой был выдвинут тезис о том, что польское государство фактически перестало существовать, а польское правительство покинуло страну. Это была откровенная ложь. Правительство и командование польской армии все еще находились на польской территории, хотя и вынуждены были покинуть столицу. В Румынию им пришлось уйти только два дня спустя, как раз из опасения попасть в руки советских войск. А примерно половина польской территории, лежавшая к востоку от Бреста, еще не была оккупирована немцами. Ее-то как раз и заняла Красная Армия, сделав продолжение сопротивления немцам невозможным.
Польское правительство, сознавая безнадежность положения, не стало объявлять войну СССР, а польское командование приказало уцелевшим войскам пробиваться за границу - в Румынию, Венгрию, Литву и Латвию. В бой с советскими войсками разрешалось вступать только в случае их нападения на поляков и попыток разоружить польские части.
И тогда, и сейчас в Москве факт отсутствия формального состояния войны между СССР и Польшей используют как доказательство того, что никакой агрессии Советского Союза против Польши не было. Но в действительности для признания тех или иных действий агрессией не требуется факта объявления войны. В марте 1938 года Германия захватила Австрию, в марте 1939 года - Чехословакию, а в апреле 1940 года - Данию. Ни одна из сторон войну не объявляла, что не мешает мировому сообществу считать все эти случаи неспровоцированной агрессией со стороны нацистской Германии. Точно так же, напав на Финляндию в ноябре 1939 года, Советский Союз так и не объявил ей войну. Тем не менее за агрессию против Финляндии он был исключен из Лиги наций.
Накануне 80-летия вторжения советских войск в Восточную Польшу Министерство обороны России опубликовало рассекреченные документы, призванные доказать, какое счастье принесла Красная Армия в Западную Белоруссию и Западную Украину. В служебной записке начальника Генштаба РККА Бориса Шапошникова Народному комиссару обороны СССР Клименту Ворошилову от 24 марта 1938 года утверждалось, что "Советскому Союзу нужно быть готовым к борьбе на два фронта: на западе против Германии-Польши и частично против Италии с возможным присоединением к ним лимитрофов, и на востоке против Японии". На самом деле это умозаключение будущего маршала не имело ничего общего с геополитической реальностью 1938-1939 годов. Япония увязла в войне с Китаем и до ее завершения нападать на СССР не собиралась. Польша же начиная с 1934 года своим главным потенциальным противником считала Германию (ранее в этом качестве фигурировал СССР), так что ни о каком германо-польском союзе не могло быть и речи. Этот союз родился и существовал исключительно в воображении советского Генерального штаба.
Дело в том, что до 1934 года Польша считалась главным советским противником на Западном театре. В 1923 и 1932 годах в Кремле всерьез рассматривали возможность нападения на Польшу: в первом случае - чтобы прийти на помощь германской революции, во втором - чтобы во взаимодействии со 100-тысячным германским рейхсвером ликвидировать "уродливое детище Версальского договора". Но осенью 23-го германская революция, которую готовили большевики с помощью Коминтерна, не состоялась. А в 32-м германское правительство побоялось ликвидировать "польский буфер", так как тогда осталось бы один на один с миллионной Красной Армией. С 1935 года в Москве начали рассматривать стремительно вооружавшуюся Германию в качестве главного противника. Но чтобы напасть на нее, требовалось пройти через Польшу. Теория о союзе Германии и Польши давала хороший предлог для вторжения в подходящий момент Красной Армии на польскую территорию "в превентивных целях".
Другие же рассекреченные документы - это сообщения, направленные Сталину во время поездки по Западной Украине начальником Политического управления Красной армии Львом Мехлисом. Из них явствует, естественно, что народ с великой радостью и любовью встречает своих освободителей - вольную армию усатого батьки Сталина. В действительности отношение "освобождаемых" к "освободителям" было далеко не столь однозначным. В Западной Белоруссии, включая Виленский коридор, преобладали поляки и белорусы-католики. Все они были вполне лояльны Польскому государству и приход Красной Армии встретили без восторга. После нападения Гитлера на СССР и поляки, и белорусы-католики состояли в партизанских отрядах польской Армии Крайовой, а когда Западную Белоруссию вновь заняли советские войска, все они стремились служить в Войске Польском, а не в Красной Армии. Попытка заставить белорусов-католиков служить в Красной Армии привела в марте 1945 года к восстанию в Бобруйске.
В Западной Украине ситуация была иной. Здесь украинское большинство населения поддерживало Организацию украинских националистов, враждебную как польскому, так и советскому государству. Украинско-польские отношения были весьма напряженными, что вылилось в Волынскую резню поляков в 1943-1944 годах. Но в красноармейцах украинцы Западной Украины в 39-м освободителей не видели. Вот евреи Восточной Польши, к которым враждебно относилась значительная часть как поляков, так и украинцев и белорусов, действительно видели в советских войсках освободителей и спасителей от гитлеровского геноцида. Но последний расчет, к несчастью, не оправдался. После 22 июня 1941 года вермахт занял бывшую Восточную Польшу за считанные дни, и почти никому из местных евреев не удалось спастись.
В заключение надо отметить, что те преступления, которыми Красная Армия печально прославилась в Восточной Европе в 1944-1945 годах, начались еще в Восточной Польше осенью 39-го. Здесь речь идет не о всемирно известном Катынском расстреле, а, так сказать, о повседневных преступлениях красноармейцев против польских военнослужащих и гражданских лиц. Так, возглавлявший оборону Львова генерал Владислав Лангер подписал с советским командованием протокол о передаче города Красной Армии, согласно которому польским офицерам предоставляли беспрепятственный выход к границам Румынии и Венгрии. Вместо этого все они были арестованы и отправлены в лагерь в Старобельске, а потом расстреляны. В Гродно, где местный гарнизон оказал сопротивление, уже после его прекращения было убито около 300 человек - военных и гражданских лиц, в том числе подростков-скаутов. Особенно охотно убивали польских помещиков, поселенцев-осадников и представителей польской интеллигенции и духовенства. Командование Украинского фронта предоставило местному украинскому населению 24 часа на то, чтобы расправляться с поляками без суда и следствия. Грабежи были обычным делом. А командующий фронтом Семен Тимошенко призвал в обращении к войскам "бить" польских офицеров и генералов.
Всего красноармейцы убили тогда в Восточной Польше не менее 2500 польских пленных и несколько сот гражданских лиц. Один из очевидцев резни в галицийском городе Рогатине свидетельствовал: "Советские войска вошли около четырех часов дня и сразу приступили к жестокой резне и зверским издевательствам над жертвами. Убивали не только полицейских и военных, но и так называемых "буржуев", в том числе женщин и детей".
Впоследствии никто из виновных не понес ответственности. Военная прокуратура России уже в 2003 году отказалась содействовать польской стороне в расследовании этих преступлений, будто бы из-за истечения срока давности, хотя согласно международному праву преступления такого рода срока давности не имеют.