Рус түгелмен -2
Продолжаю публикацию большого текста в ЖЖ, сегодня вторая часть.
Русиш культуриш
Ясно, почему выдавливают из России «Сохнут», еврейское агентство, позволяющее по договоренности Израиля с Россией безболезненно переправлять российских евреев на «землю обетованную». Дело даже уже не в природном антисемитизме тоталитарного государства, а в уроке для всех граждан: «Мы тут у себя сами хозяева, хотим — закроем страну от мира, чтобы не мешал вкручивать в мозги военную дребедень, хотим — поторгуем «живым товаром», чтобы Запад санкциями не слишком размахивал. Евреи же, мы знаем, влиятельны, вот и постарайтесь ради своих родственных заложников, пошуршите за кулисами».
Но вот почему базовые антивоенные ценности не хотят активно применять действительно интеллектуальные, разбирающиеся в мировой культуре люди — это тоже вопрос, тоже про самоубийственность русского общества.
Скажем, есть замечательный активный искусствовед, максимально освоивший доступное культурное пространство. В своем блоге среди прочего отображает достижение государственной структуры, реставрировавшей слащавое изображение Кузьмы Минина. Задаю вопрос: «Это внимание как-то связано с тем, что в Нижнем Новгороде именно сейчас формируют батальон добровольцев имени Кузьмы?» Мне раздраженно отвечают, что свою политическую озабоченность я должен оставить перед лицом блога, искусствоведа и искусства. Тогда я вспоминаю столь же актуальную новость: участники выставки в Музее современного искусства в знак протеста против войны сняли все свои работы, оставив только таблички, их помыслы — тоже вне поле зрения искусства и искусствоведа? Мне в ответ повторяют мантру про мои заботы.
Детка, это не мои заботы, а твои! Я же в Болгарии, а ты — рядом с теми, кто направляет батальоны, пока — вовне, а потом и на таких как ты направит. Понимаю, что писать о поступке в Музее совриска стремно, могут полететь контракты, гранты, связи. Но можно же не писать о деятельности госреставраторов ура-патриотизма! Если уж не хочешь сообщить о сверхактуальном стрит-искусстве, допустим, на Урале, где остроумный и совестливый парень приделал к четверке балетных лебедей вместо ног — летящие из-под пачек ракеты…
Художник обозначил актуальный сейчас в мире тренд: раздумья над тем, не виновата ли классическая русская культура в бездумье современных ее потребителей. Уже и уехавшие каются, и оставшиеся, конечно, и украинские посетители русских ресурсов с презрением говорят о Толстом и Достоевском, выискивая у них идеологические ошибки, способствовавшие формированию накопившихся представлений о «русском мире». Даже сверхтолерантного Чехова привлекают к ответственности. А уж последующей за ними культуре и вспоминать не стоит.
Да, у Толстого была «Война и мир», ставшая опорой многих российских мифов. Но были совсем не милитаристские «Севастопольские рассказы» и «Хаджи-Мурат», объяснивший наперед неутихающие столкновения на Кавказе. Был художник Верещагин, достоверно показавший и балканский, и среднеазиатский походы Скобелева и прочих героических генералов и погибший, кстати, вместе с рядовыми бойцами в безумной русско-японской войне. Да, Федор Михайлович, особенно в своей публицистике, настолько широк и мелочен одновременно, что «Записки из мертвого дома» кажутся вполне им заслуженными. Но обвинения им всем чаще всего спекулятивны, поскольку художники-то они несомненные, то есть важнее всего образы, созданные ими, а не их прямые высказывания, которые менялись иногда на противоположные за время творческой жизни. А уж что вытаскивать из образов — это уже взгляд людей, кто что видит, зависит от уровня мышления, эмпатии, эгоцентризма. Конечно, много озабоченных сохранением своей особости, не желающих душевного труда понять многогранность человечества.
Но вот другая грань: если в культуре находят себе оправдание ксенофобские, да и людоедские настроения, должна ли заботиться культура о своей однозначной позитивности? Вряд ли, она ведь показывает все, что рождается и движется в том обществе, где формируется. Она и есть это общество, поскольку без фиксации культуры общество себя не видит. Она отражает уровень происходящего. Конечно, в своих специфических интересах: надо быть ярким, необычным — чтобы обратить внимание на произведение, но не слишком далеким от моды и трендов, льстить потребителю хотя бы тем, что всерьез принимаешь его комплексы… Ну, об уровне нашей культуры за последний век поговорим потом, это же как раздеваться перед зеркалом в больнице, а пока вот такое отражение (со стороны виднее).
Он болгарин, но горячий искренний поклонник русской культуры. Говорит: «Вот Куприн хороший писатель? - Хороший, хотя и не всегда умный. - А он пишет, что Полесье — русская земля! - Русская издавна, но не московская, там же до Москвы было славянское государство. - Православные славяне должны быть вместе, нечего Украине отделяться! - Вот сербы, соседи ваши, тоже православные славяне… - Сербы наши враги!» Ну и так далее, со ссылками на «биолаборатории в Украине» и фильм «Брат». И не слышит аргументов мой собеседник, что симпатии и сопереживание одной стороне совсем не повод поддерживать агрессию против другой.
Так что, фильм «Брат» виноват? Он ведь показал народное подсознание. А оно было сформировано фобиями и страхами исторического пути. Который выбил за сто лет сто миллионов людей, видимо, не самых плохих сограждан. Сформировано ложными целями и подлыми маниями, бессмысленными бунтами и бесперспективным конформизмом, оглуплением и духовным обнищанием, развратом пустым ритуалов и раздуванием прошлых (не твоих!) подвигов. Конечно, культура это все показала: Платонов и Шаламов, Замятин и Шварц, Зощенко и Мандельштам, Ахматова и Гроссман, Тарковский и Герман. Но кто принял в работу эту нелицеприятную правду? Мы же тоже, глядя в зеркало, не спешим исправить явные недостатки.
Русиш культуриш
Ясно, почему выдавливают из России «Сохнут», еврейское агентство, позволяющее по договоренности Израиля с Россией безболезненно переправлять российских евреев на «землю обетованную». Дело даже уже не в природном антисемитизме тоталитарного государства, а в уроке для всех граждан: «Мы тут у себя сами хозяева, хотим — закроем страну от мира, чтобы не мешал вкручивать в мозги военную дребедень, хотим — поторгуем «живым товаром», чтобы Запад санкциями не слишком размахивал. Евреи же, мы знаем, влиятельны, вот и постарайтесь ради своих родственных заложников, пошуршите за кулисами».
Но вот почему базовые антивоенные ценности не хотят активно применять действительно интеллектуальные, разбирающиеся в мировой культуре люди — это тоже вопрос, тоже про самоубийственность русского общества.
Скажем, есть замечательный активный искусствовед, максимально освоивший доступное культурное пространство. В своем блоге среди прочего отображает достижение государственной структуры, реставрировавшей слащавое изображение Кузьмы Минина. Задаю вопрос: «Это внимание как-то связано с тем, что в Нижнем Новгороде именно сейчас формируют батальон добровольцев имени Кузьмы?» Мне раздраженно отвечают, что свою политическую озабоченность я должен оставить перед лицом блога, искусствоведа и искусства. Тогда я вспоминаю столь же актуальную новость: участники выставки в Музее современного искусства в знак протеста против войны сняли все свои работы, оставив только таблички, их помыслы — тоже вне поле зрения искусства и искусствоведа? Мне в ответ повторяют мантру про мои заботы.
Детка, это не мои заботы, а твои! Я же в Болгарии, а ты — рядом с теми, кто направляет батальоны, пока — вовне, а потом и на таких как ты направит. Понимаю, что писать о поступке в Музее совриска стремно, могут полететь контракты, гранты, связи. Но можно же не писать о деятельности госреставраторов ура-патриотизма! Если уж не хочешь сообщить о сверхактуальном стрит-искусстве, допустим, на Урале, где остроумный и совестливый парень приделал к четверке балетных лебедей вместо ног — летящие из-под пачек ракеты…
Художник обозначил актуальный сейчас в мире тренд: раздумья над тем, не виновата ли классическая русская культура в бездумье современных ее потребителей. Уже и уехавшие каются, и оставшиеся, конечно, и украинские посетители русских ресурсов с презрением говорят о Толстом и Достоевском, выискивая у них идеологические ошибки, способствовавшие формированию накопившихся представлений о «русском мире». Даже сверхтолерантного Чехова привлекают к ответственности. А уж последующей за ними культуре и вспоминать не стоит.
Да, у Толстого была «Война и мир», ставшая опорой многих российских мифов. Но были совсем не милитаристские «Севастопольские рассказы» и «Хаджи-Мурат», объяснивший наперед неутихающие столкновения на Кавказе. Был художник Верещагин, достоверно показавший и балканский, и среднеазиатский походы Скобелева и прочих героических генералов и погибший, кстати, вместе с рядовыми бойцами в безумной русско-японской войне. Да, Федор Михайлович, особенно в своей публицистике, настолько широк и мелочен одновременно, что «Записки из мертвого дома» кажутся вполне им заслуженными. Но обвинения им всем чаще всего спекулятивны, поскольку художники-то они несомненные, то есть важнее всего образы, созданные ими, а не их прямые высказывания, которые менялись иногда на противоположные за время творческой жизни. А уж что вытаскивать из образов — это уже взгляд людей, кто что видит, зависит от уровня мышления, эмпатии, эгоцентризма. Конечно, много озабоченных сохранением своей особости, не желающих душевного труда понять многогранность человечества.
Но вот другая грань: если в культуре находят себе оправдание ксенофобские, да и людоедские настроения, должна ли заботиться культура о своей однозначной позитивности? Вряд ли, она ведь показывает все, что рождается и движется в том обществе, где формируется. Она и есть это общество, поскольку без фиксации культуры общество себя не видит. Она отражает уровень происходящего. Конечно, в своих специфических интересах: надо быть ярким, необычным — чтобы обратить внимание на произведение, но не слишком далеким от моды и трендов, льстить потребителю хотя бы тем, что всерьез принимаешь его комплексы… Ну, об уровне нашей культуры за последний век поговорим потом, это же как раздеваться перед зеркалом в больнице, а пока вот такое отражение (со стороны виднее).
Он болгарин, но горячий искренний поклонник русской культуры. Говорит: «Вот Куприн хороший писатель? - Хороший, хотя и не всегда умный. - А он пишет, что Полесье — русская земля! - Русская издавна, но не московская, там же до Москвы было славянское государство. - Православные славяне должны быть вместе, нечего Украине отделяться! - Вот сербы, соседи ваши, тоже православные славяне… - Сербы наши враги!» Ну и так далее, со ссылками на «биолаборатории в Украине» и фильм «Брат». И не слышит аргументов мой собеседник, что симпатии и сопереживание одной стороне совсем не повод поддерживать агрессию против другой.
Так что, фильм «Брат» виноват? Он ведь показал народное подсознание. А оно было сформировано фобиями и страхами исторического пути. Который выбил за сто лет сто миллионов людей, видимо, не самых плохих сограждан. Сформировано ложными целями и подлыми маниями, бессмысленными бунтами и бесперспективным конформизмом, оглуплением и духовным обнищанием, развратом пустым ритуалов и раздуванием прошлых (не твоих!) подвигов. Конечно, культура это все показала: Платонов и Шаламов, Замятин и Шварц, Зощенко и Мандельштам, Ахматова и Гроссман, Тарковский и Герман. Но кто принял в работу эту нелицеприятную правду? Мы же тоже, глядя в зеркало, не спешим исправить явные недостатки.