i_galperin (i_galperin) wrote,
i_galperin
i_galperin

Categories:

Не загоняйте в угол стариков!

Мне кажется, очень авторитетная научная статья из журнала «Успехи геронтологии», она большая, поэтому могу предложить лишь выдержки из нее. Итак:
А. Г. Голубев , А. В. Сидоренко
ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА СТАРЕНИЯ В УСЛОВИЯХ ПАНДЕМИИ COVID-19
Первый автор - Национальный медицинский исследовательский центр онкологии им. Н. Н. Петрова, Санкт-Петербург,
Второй автор - Европейский центр политики и исследований в области общественного благосостояния, Австрия, 1090 Вена

Представленные в настоящей статье результаты анализа данных по смертности от COVID-19 в Испании, Италии и Швеции показывают, что в диапазоне 30–90 лет..., независимо от стадии эпидемии и страны наблюдения, периоды удвоения смертности в этом возрастном диапазоне близки к 7,5 годам. Вероятности заражения возбудителем COVID-19, коронавирусом SARS-CoV-2, и симптоматического проявления инфекции зависят от возраста в гораздо меньшей степени. На этих основаниях обсуждены три положения: 1) люди пожилого возраста стали главными жертвами не только самого SARS-CoV-2, но и мер, предпринимаемых против его распространения; 2) при этом люди пожилого возраста не являются основными агентами распространения SARS-CoV-2; 3) люди старшего возраста могут и должны быть включены в борьбу с пандемией и в преодоление её последствий, но не путем избирательной изоляции и других форм дискриминации. Люди старше 65 лет составляют значительную часть населения и имеют не меньшее, чем граждане другого возраста, право на уважение и соблюдение их нужд и интересов, включая право на качество доступной жизни даже в экстремальных ситуациях.

...Во всех случаях одинаковый период удвоения смертности около 7,5 лет означает, что среди имеющих симптомы заражения риск погибнуть у 70-летних выше, чем у 30-летних, примерно в … 40 раз. В возрастной группе 60– 70 лет риск составляет в целом около 8 %, причем у мужчин он больше, чем у женщин, — 10 и 6 % соответственно...
При этом крайне важно, что из числа жертв инфекции только около 2 % не имеют сопутствующих заболеваний, свойственных пожилым, остальные 98 % страдают, — в первую очередь — такими недугами, как гипертензия, ИБС, диабет 2-го типа, которые часто встречаются сразу по нескольку у одного больного ... Известно, что число пациентов с такими впервые диагностированными заболеваниями и смертность от них увеличиваются с возрастом по экспоненте примерно с тем же периодом удвоения 6–8 лет. Наличие каждого из таких заболеваний повышает риск смерти от любых причин, в том числе инфекционных.
(графики и их объяснения не привожу, только выводы)
… При всех различиях видно, что число диагнозов в расчете на число находящихся «под риском диагноза» мало зависит от возраста в диапазоне 45–75 лет, причем небольшой
пик приходится примерно на 50–55 лет. И где тут основания для полной изоляции всех в возрасте 65+?
...Если считать, что длительность заболевания COVID-19 от заражения до исхода составляет около 1 мес, то получается, что риск скончаться от этого заболевания и риск смерти от любых других причин в течение месяца вполне сопоставимы. COVID-19 увеличивает смертность, возможную и без того, примерно в 2–3 раза в любом возрасте. И коль скоро риск смерти вообще в 70 лет выше, чем в 30 лет, примерно в 40 раз ..., то и возрастные различия по смертности от COVID-19 будут примерно такими же. Возрастание же общей смертности от SARS-CoV-2 в популяции тогда будет тем более выраженным, чем выше вклад старшего возраста в возрастную структуру популяции. И так будет продолжаться, пока не переболеют все, или пока не будет проведена тотальная эффективная вакцинация — то есть пока не сформируется коллективный иммунитет, или пока не будет разработан эффективный способ терапевтического предотвращения смерти от этого заболевания.
Естественно задаться вопросом, какие же меры борьбы с пандемией в таком случае наиболее перспективны в стареющем обществе? На самом деле тут два вопроса: 1) какие меры необходимы «здесь и сейчас», а там будь что будет; 2) какие меры оправданы с учетом перспективы остаться с SARS-CoV-2 навсегда? А такой вариант развития событий вполне вероятен ...И тогда возникает еще и третий вопрос: можно ли принимать решения по первым двум вопросам без учета геронтологического аспекта всей ситуации?
В длительной перспективе единственный способ снизить нагрузку на здравоохранение от заболеваний, связанных со старением, то есть от тех, необходимость медицинских расходов на которые растет по мере старения (а это, как видно, относится и к COVID-19 в полной мере), состоит в ослаблении факторов риска развития таких заболеваний.
Основные факторы, вызывающие необходимость в реанимационных мерах при COVID-19, — это не возраст как таковой, а сопутствующие ему гипертензия, ИБС, ожирение, диабет ...
и даже просто снижение толерантности к глюкозе..., возможные в любом возрасте.
Авторы, причислившие, и не без основания, COVID-19 к «болезням старения» (Shamshirian A., Heydari K., Alizadeh-Navaei R. et al.Cardiovascular diseases and COVID-19 mortality and intensivecare unit admission: A systematic review and meta-analysis //medRxiv. 2020. https://doi.org/10.1101/2020.04.12.20062869)..., заключили, что «это может открыть путь к использованию будущих фармакологических средств против старения, таких как сенолитики, для профилактики и лечения потенциально смертельных инфекционных заболеваний». И что тогда? — пока такие средства не разработаны, людям старшего возраста лучше сидеть дома? Между тем, становится все яснее, что в реализации действия практически всех потенциальных препаратов против старения участвуют в каждом случае лишь некоторые из нескольких молекулярных механизмов, которые все вместе замедляют снижение функциональных способностей организма и увеличивают продолжительность жизни при оптимизации питания и физических нагрузок ... Вместе с тем, популяционные исследования однозначно свидетельствуют о том, что адекватная физическая активность противодействует развитию практически всех возрастных заболеваний, в том числе инфекционных, более эффективно, чем любое из веществ, проверенных на сей счет ... К адекватной физической активности, делающей долголетие более здоровым, а значит и менее обременительным для человека и общества, надо добавить активную умственную деятельность и богатство впечатлений, оптимистический взгляд на жизнь и включенность в социальные отношения ... И это все не просто «житейский опыт», а факты, установленные в крупных популяционных исследованиях путем измерений и подсчетов. Тогда следует ли
ограниченные ресурсы расходовать на разработку всего лишь имитаторов тех мер, которые наверняка дадут желаемый результат продления здорового долголетия, если те же ресурсы использовать на осуществление мер по мотивации к здоровому образу жизни и созданию условий для него?
Между тем меры по самоизоляции, вполне обоснованные в принципе, в их наиболее жестких
формах насаждаются именно по отношению к населению 65+. И насаждаются они чохом, вне зависимости от реального состояния здоровья людей 65+, многие из которых сейчас могут быть куда здоровее некоторых сорокалетних и даже более молодых. А здоровы такие пожилые люди пока еще только благодаря своему личному вниманию к тем факторам снижения смертности от возрастных заболеваний, включая осложнения COVID-19, которые теперь сводятся на нет мерами по самоизоляции. При этом каждый день оставшейся жизни значит для достигших 65+ гораздо больше, чем для тех, у кого пока еще есть время, чтобы наверстать упущенное. И вообще, откуда эта граница — в 64 можно, а в 66 уже нельзя?
Причины «сверхсмертности» людей пожилого возраста в условиях пандемии COVID-19 состоят не в возрасте как таковом, а в состоянии здоровья... Можно спросить, конечно, кто станет в экстремальных условиях индивидуально различать более и менее здоровых? А почему бы тогда не доверить информированные решения по этому вопросу тем, кого он более всего касается? Отмечалось уже, и неоднократно, что успехи в борьбе с пандемией зависят от взаимного доверия между заинтересованными сторонами... Вот именно, что от взаимного. Это любовь может быть безответной, а уважение и доверие — только взаимными.
Чем и насколько может быть оправдано то, что меры по социальному дистанцированию, вполне обоснованные в условиях пандемии в принципе, в частности предусматривают максимизацию принудительных ограничений–«рекомендаций», невыполнение которых карается штрафом, растущим вместе с возрастом нарушителей — именно в отношении старшего возраста? А ведь именно люди пожилого возраста относятся наиболее ответственно и к собственному здоровью, и к разумным противоэпидемическим мерам, таким как маски и перчатки в общественных местах, соблюдение личного пространства и личной гигиены, воздержание от участия в массовках, включая групповое поедание шашлыков на газонах и демонстративные протесты ради того, чтобы себя показать.
Если заглянуть за ширму, сооруженную из сантиментов, то нетрудно увидеть, что единствен-
ная цель дискриминации людей по возрастному признаку, переходящей уже в апартеид, состоит в ослаблении конкуренции за ограниченное число реанимационных коек между теми, кому дорогостоящие реанимационные меры дадут с меньшей вероятностью меньше дополнительных лет менее продуктивной жизни, и теми, кто с большей вероятностью получит больше дополнительных лет более продуктивной жизни.
… Никто на самом деле не знает, как будут развиваться события в условиях пандемии. Значение опыта, полученного на прежних пандемиях, ограничено в значительной степени как раз тем, что никогда ранее фактор старения не был столь значительным. Отсутствие реального опыта для принятия решений восполняется созданием моделей и проигрыванием разных возможных допущений и сценариев на таких моделях. Число опубликованных моделей уже достигло нескольких десятков, если не более сотни. И из них только в одной (!) был учтен возрастной аспект ситуации ... На основании данных по Франции (Roche B., Garchitorena A., Roiz D. Optimal strategies
for quarantine stopping in France. General expected patternsof strategies focusing on contact between age groups // medRxiv.2020. https://doi.org/10.1101/2020.04.21.20073932) были проиграны варианты мер по социальному дистанцированию, применяемых дифференцированно к трем возрастным группам — молодой, средней и старой. Заключение авторов намеренно приведено здесь на английском языке оригинала статьи,чтобы не были искажены никакие смысловые нюансы:
« We found that epidemic suppression can only be
achieved by targeting isolation of young and middle
age groups with high efficiency. All other strategies
tested result in a flatter epidemic curve, with out-
comes in (e.g. mortality and health system over-
capacity) dependent of the age groups targeted and
the isolation efficiency. Targeting only the elderly
can decrease the expected mortality burden, but
in proportions lower than more integrative strategies
involving several age groups... The only partial
lockdown strategy that achieved suppression in our
simulations was targeting young and middle ages at
efficiencies higher than 60 %. The impact of this
strategy on the outcomes assessed (epidemic du-
ration, death burden, days over capacity and peak
of severe cases) was comparable to a complete
lockdown at an efficiency higher than 40 %, be-
cause these age groups (young and middle ages)
contribute greatly to transmission... Alternatively,
targeting only the elderly population could theo-
retically decrease the death toll in similar propor-
tions than if combined with another age group…
However, relying just on targeting the elderly would
result in thousands more severe cases at the peak
of the epidemic than for other strategies, and the
health system could be over capacity for several
weeks. The consequences of this could be offset if
current efforts to discover effective treatments and
to rapidly increase the country’s bed capacity at in-
tensive care units are successful»
… Из содержания процитированной статьи следует, что меры, направленные на социальную
изоляцию старших возрастных групп, вносят наименьший вклад в общую эффективность противоэпидемиологической тактики, а значит, их ослабление допустимо в наибольшей степени, тогда как усиление оправдано в наименьшей.
… Важно еще напомнить, что тяжелое положение, в котором оказалась система здравоохранения России в условиях пандемии, было только усугублено мерами по «оптимизации» системы, предпринятыми ранее со стороны «эффективных менеджеров» — тех, кому в первую очередь важны только сиюминутные экономические критерии оптимизации… Можно еще вспомнить о широко известном эксперименте по оптимизации финансово-экономических отношений между разными возрастными группами, который был проведен недоучившимся, но все равно юристом по образованию Родионом Раскольниковым.
… Посмотрим, что может показать в этом смысле «зеркало эпидемии». Заглянув в него, достигшие возраста 65+ могут увидеть наконец, кто они такие с экономических, юридических и управленческих позиций: жить им нельзя, потому что это чревато повышенной конкуренцией за коечный фонд с более перспективной частью населения, а умереть тоже нельзя, потому что это повысит нагрузку на службы ЗАГС и оказания похоронных услуг. Кто не успел избавить менеджеров, занятых оптимизацией, еще и от такой мороки, тот опоздал. Сидим дома.
А есть еще и такая версия текущих событий: короновирусная пандемия — это попытка при-
роды или каких-то других сил улучшить демографическую ситуацию в странах, где высок процент пожилых, омолодить их население. В научной литературе такие идеи если и обсуждаются, то только как реакция на их появление в масс-медиа… Baby boomer — тот, кто родился во времена бума деторождения, примерно c 1946 по 1964 г. Сейчас эта группа населения — около 70 лет — пока еще численно достаточно велика, и именно
эти люди занимают влиятельные должности в политике и экономике. Позиции и взгляды этих людей не всегда понятны, а то и раздражают тех, чьи жизненные установки определяются идеологией и практикой цифровых технологий. А во времена кризисов теории заговора расцветают бурно, вытесняя из сознания людей веками складывавшиеся основы общественной жизни — гуманизм, права человека, долговременную экономическую
целесообразность и, наконец, здравый смысл.

… В основе сохранения жизни и здоровья людей всех возрастов, в том числе и пожилого, лежит гуманитарная и профессиональная ответственность, а также личная порядочность. При этом для заботы о благополучии людей старшего возраста есть и рациональные основания: потенциал людей пожилого возраста необходим для общественного развития, особенно в ходе преодоления последствий кризисов и катастроф. Однако люди пожилого возраста часто рассматриваются как непродуктивный балласт из-за растущих расходов на их
социальные и медицинские потребности. ..
В стареющем обществе неминуемо уменьшается относительное число людей «продуктивного» возраста при возрастании доли людей пенсионного и «постпенсионного» возраста, который традиционно причисляют к «непродуктивным». По ходу старения общества в нем уменьшаются трудовые ресурсы молодого населения, тем самым утрачивается «первый демографический дивиденд» экономического развития. Однако на более поздних этапах демографического перехода в стареющем обществе формируется «второй демографический дивиденд» ... Его формирование происходит за счёт увеличения продолжительности жизни вообще и, в особенности, здоровой жизни — без болезней и инвалидности. Общество, таким образом, получает дополнительный ресурс квалифицированных граждан для своего экономического и социального развития.
… Пожилые люди, как и люди любого другого возраста, не составляют однородную группу,
различаясь по уровню здоровья, экономическому положению, предпочтениям и устремлениям. Многие сегодняшние пожилые граждане берут на себя личную ответственность за своё благополучие и продолжают вносить вклад в развитие своих общин, сёл, городов и общества в целом. Именно они и терпят наибольший ущерб, включая моральный, от «мер по сохранению режима самоизоляции для лиц старше 65 лет». Между тем, участие таких людей, освободившихся от опеки государственного патернализма и обладающих знаниями и опытом преодоления жизненных испытаний, будет особенно ценным в ходе преодоления последствий пандемии.

… Авторы считает себя обязанными заявить, что они относятся к контингенту 65+ и поэтому не могут быть абсолютно беспристрастными, будучи представителями значительной части населения со своими особенностями и потребностями. Эта часть населения имеет полное и равное право, не меньшее, чем у людей другого возраста, на качество доступной жизни даже в экстремальных ситуациях. А привилегия попасть со временем в этот контингент не исключена ни для кого. Тем, кто сейчас принимают решения относительно «лиц старше 65 лет», пора осознать, что в настоящее время, в отличие от средневековья, 65+ — это личное
будущее практически для каждого. В этом обозримом будущем SARS-CoV-2, в отличие от вирусов оспы и полиомиелита, едва ли оставит человечество в покое. И какое будущее тогда нас (вас) ждет?
Tags: 65+, пандемия, самоизоляция
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Добърско. Продолжение

    Мы возим своих друзей, приезжающих к нам, по окрестностям - по достопримечательностям. Чаще всего это церкви и монастыри. Пару лет назад после такой…

  • Грани о Сталине и Гитлере

    До степени смешения Александр Скобов, 02.11.2020 Никакие Яровые и Ямпольские со всеми их уголовными статьями, запретительными законами и…

  • Златолист 21

    Пару лет назад я уже давал репортаж о поездке в предгорное село Златолист, где в церкви святого Георгия в начале прошлого века служила преподобная…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment