i_galperin (i_galperin) wrote,
i_galperin
i_galperin

Categories:

Доброго здоровьичка

Это интервью было подготовлено в 2015 году для "Российской газеты", но вышло в Уфе, в газете "Истоки". Сейчас, после иркутской трагедии, оно остроактуально и я снова ставлю текст на ленту. Может быть, хоть так простая мысль проникнет в массы...

«Социальная водка» - лекарство от социальных болезней?

Настоящая сенсация проникает в общественное сознание медленно, постепенно. Сначала в феврале на ВДНХ в рамках выставки «Продэкспо-2015» прошла алкогольная конференция (Алкоконгресс для краткости), традиционно собравшая представителей алкогольного бизнеса, ведущих аналитиков алкогольного рынка и представителей федеральных и региональных госорганов. Затем примерно через месяц в интернете появилось видео, на котором самый авторитетный современный историк водки Борис Родионов предлагает выпускать по госзаказу большим тиражом дешевую – по 60 рублей за бутылку, но «невкусную» водку. И вот теперь впервые на массовой аудитории он попытается обосновать свое мнение.

- Борис Викторович, как вы пришли к такой мысли?

- Сама идея не нова. Мы уже несколько раз обсуждали ее с руководителем Центра исследований федерального и региональных рынков алкоголя Вадимом Дробизом. Но всегда считали бесполезным ее даже озвучивать. А тут на Алкоконгрессе меня прорвало. Собирался выступать совсем с другой темой, но заслушался проектами о дальнейшем ужесточении борьбы с нелегальным (а значит – дешевым для потребителя и неподакцизным – для государства!) алкоголем. Российское государство уже несколько столетий никак не может устранить из оборота нелегальный алкоголь. А если сделать неконкурентоспособной «нелегальщину»? Она ведь угрожающе огромна. И путает статистику, позволяя ее трактовать в противоположных смыслах: то отмечая успехи в борьбе с алкоголизмом, то заявляя о «спивающейся нации». На самом деле нет ни того, ни другого.

Начнем с цифр, реальных, проверенных в разных источниках. Вот данные центра «Цифра» по продажам водки и ликероводочных изделий (ЛВИ) в 2014 году. В официальной рознице продано отечественного продукта 125 млн дал – это такая мера емкости, принятая на рынке, декалитр, 10 литров. Из них легальной с акцизом – 80 млн. дал, нелегальной, но не дешевле минимальной розничной цены – 45 млн дал. Коньяк и западный импорт – 18,5 млн дал. Вне легальной розницы всего продано не менее 90 млн дал.

Итого россияне в 2014 году потребили 233,5 млн дал (2 335 000 000 л) крепкого (40%) алкоголя.

Если считать по обычной методике, когда берется все население страны с младенцами и стариками, и принимая численность россиян 143 млн. чел., получаем среднедушевое потребление чистого спирта 2 335 000 000 х 0,4/143 000 000 = 6,5 л/чел.

К этому надо приплюсовать спирт, потребленный в пиве и в вине. В. Дробиз оценивает потребление пива на уровне 70 л/чел. По данным Businesstat в 2013 году в России было употреблено 930 млн л вина. Отсюда вклад пива (примем крепость 4,5%) получается 70х0,045 = 3,15 л/чел. чистого спирта. Вино средней крепостью 11% дает чистого спирта 930 млн х 0,11/143 млн = 0,72 л на человека.

Итого получаем – 6,5 + 3,15 + 0,72 = 10,4 л/чел.

При этом, похоже, мы учли все. Даже нелегальный алкоголь, и доля его полностью совпадает с данными, приведенными депутатом Госдумы В.Ф. Звагельским на Алкоконгрессе – 60%.

- То есть никаких результатов борьбы с алкоголизмом нет? Топчемся на месте?

- Ну да! Уровень производства и потребления все прошедшие годы нового столетия находится примерно на одном уровне, а значит, и полученная цифра душевого потребления характерна для всего этого периода. А она не дает никакого повода для истерической заботы о здоровье нации, во имя которого нагородили на самом деле никому не нужные заборы запретов. Я дальше объясню, почему ненужные и бессмысленные – это мне архивы подсказали. Пока продолжим доказывать цифрами – я все же ученый технарь по многолетней работе.

Из приведенных цифр видно, что нелегальный алкоголь составляет 135 млн дал. Из них 45 млн дал продается в официальной рознице под видом легальной продукции и 90 млн дал реализуется в системе альтернативных продаж. Кстати, В. Дробиз констатирует, что из этих 90 млн - 25 млн, похоже, произведены на легальных производствах, а не менее 65 млн представляют собой откровенный суррогат. Следовательно, 90 млн дал алкогольной продукции попадают к потребителю, минуя систему легальной торговли. Подавляющий процент потребления алкоголя переходит на нелегальное положение, создавая криминальную обстановку и обогащая всех, кто к ней имеет отношение.

- Включая и борцов с нелегальщиной, которые на это тратят деньги налогоплательщиков и усилия, которые надо бы потратить на борьбу с другими видами преступности.

- Все ветви госвласти заняты этой действительно серьезной проблемой, не забывайте, что нелегальный алкоголь находится вне сферы санитарного контроля. Каждый может вспомнить самые дикие случаи отравлений, в том числе – и массовых. Значит, нужно ввести весь (или практически весь) алкогольный рынок в подконтрольное состояние. Но это не значит действовать одними запретами!

Каждому здравомыслящему человеку должно быть ясно, что:

во-первых, при таком объеме откровенного криминала бессмысленно предпринимать любые попытки регулирования алкогольного рынка. 40% законопослушных производителей ничего изменить не могут;

во-вторых, все меры, якобы направленные на борьбу с контрафактом, типа повышения акцизов, укрупнения производств и буквально преследования, связывания по ногам и рукам производителей, оптовиков и розницы - бьют, в первую очередь, по добросовестному сектору;

в-третьих, надо прекратить цепляться за дискредитировавшие себя методы и найти новые подходы и приемы борьбы с этим «неискоренимым» криминалом.

- А как раньше в России пытались решить эту проблему?

- В том-то и дело, что примерно так же и с таким же результатом. Не откажу себе в удовольствии привезти две цитаты. Одна из документов, найденных мной в архивах, другая – самая современная.

«1823 г. — Генваря 18. Сенатский. — О мере наказания корчемников, и о производстве дел сего рода.

Правительствующий Сенат слушали записку из представлений Министра Финансов, с изъяснением правил о произведении допросов корчемникам и о мерах наказания за корчемство. Приказали: ... 2) чтоб взятое у корчемников вино, равно имущество, как то: лошадей, упряж и прочее, на основании Высочайшаго о питейном сборе Устава §§ 121 и 126, тотчас отдавать впредь до решения дела в ведомство управления питейных сборов, дабы казна чрез то могла иметь некоторое обезпечение в получении присуждаемаго судебными местами штрафа, при несостоятельности корчемников. А как при продолжительном нерешении дел о корчемниках, отобранныя у них: вино может от усышки и утечки уменьшиться, а лошади требуют присмотра и продовольствия; то, в избежание сего, вино, записывая в книгу Уезднаго Правления особою статьею, продавать наравне с казенным, а лошадей с упражью, оценивая законным порядком, продавать при Уездном Правлении с акционнаго торга не ниже оценки, и вырученныя деньги отсылать в Приказ Общественнаго Призрения для приращения процентами впредь до решения дела; пойманных же корчемников, дабы не сделали побега, отдавать на поручительство о явке в Суд, когда надобность востребует».

«1 января 2015 года вступает в силу правительственный закон о конфискации незаконно произведенного алкоголя и использовавшегося при его изготовлении и распространении оборудования (в том числе и самогонных аппаратов) и транспорта. Данный законопроект был принят сегодня, 23 декабря, Госдумой РФ в окончательном чтении, сообщает РИА Новости.

В комитете Госдумы РФ по экономической политике пояснили, что закон поможет «устранить пробелы, которые недобросовестные лица зачастую используют для наживы. В частности, согласно закону, изъятый у этих лиц автотранспорт будет уничтожаться или продаваться по решению суда, а вырученные деньги будут зачисляться на счет органа, который принял решение об изъятии.

По данным Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), опубликованным в мае 2014 года, в России среднегодовое потребление алкоголя составляет 15,1 литра чистого спирта на одного человека. Это в два с половиной раза больше, чем в среднем в мире (6,2 литра)».

- Да, похоже скопировали. Перевели закон с гужевой тяги на автомобильную. И цифры для обоснования привели угрожающие…

- На пять литров на душу больше, чем в реальности. А потом приведут цифру настоящую – чтобы показать свои успехи в борьбе… В порядке отступления следует признать, что запретительные меры могли бы сработать, но только в двух взаимоисключающих случаях:

если в стране решены социальные проблемы, а значит, отсутствует потребительская база суррогатов, а законы исполняются в силу выработанных традиций устоявшегося демократического общества;

если за исполнением законов следит тоталитарная власть, не допускающая разделения этой самой власти с криминалом.

Ни того, ни другого в нашей стране нет. А, следовательно, надо искать альтернативный вариант.

-Вот вы его и предложили в феврале на Алкоконгрессе?

- Он лежит на поверхности. Если явление не можешь победить, надо его возглавить. В нашем случае это означает, что государство должно забрать эти подпольные 90 млн дал в собственное производство. И продавать эти 90 млн дал в легальной рознице по тем ценам, которые существуют в альтернативной продаже. Например, представим себе, что во всех магазинах и в том числе в мелких сельпо появилась водка за 60 руб. Назовем ее «водка по социальной цене» или «социальная водка».

Такая цена может быть только в том случае, если заказчиком этого продукта будет государство, которое не будет ставить целью извлечение дохода и откажется, в первую очередь, от взимания, в данном случае, акциза, а может быть и от НДС и других налогов. Тогда цена будет формироваться из себестоимости завода, его прибыли, наценки дистрибьютора и наценки розницы.

По данным рабочей группы экспертного совета ФС РАР (http://gradus-net.ru/news/kak_svyazany_akcizy_i_vodochnye_dengi) заводская себестоимость бутылки водки без прибыли и издержек составляет 20 руб. (этикетка 1 руб., колпачок 4 руб., бутылка 6 руб., содержимое 9 руб.). Можно предположить, что когда государство выступит заказчиком на 1,8 млрд бутылок в год, то ради такого заказа производители комплектующих серьезно снизят свои аппетиты, и эта цифра, скорее всего снизится до 15 рублей. Заводы, получившие такой сумасшедший госзаказ, скорее всего, уложат свои издержки и прибыль в 20 руб. на бутылку. Тогда отпускная цена завода будет 35 руб.

Пусть наценка оптовика будет 30%. Тогда его отпускная цена будет 45,5 руб. (35 + 35х0,3).

Самое сложное обуздать аппетиты сетей. Сейчас они привыкли к сверхприбылям, но у государства хватит аргументов убедить их ограничиться 15% прибыли. И цена на полке будет 52,35 руб. Наверняка что-то оказалось неучтенным, поэтому примем цену в рознице – 60 руб.

Я не собираюсь с пеной у рта отстаивать именно эту цифру. Но методически вопрос ценообразования социальной водки должен решаться примерно так, как изложено.

- А экономически?

- С экономической стороны сплошные плюсы. Даже если я где-то ошибся в расчетах, главным остается неубыточность проекта. Раз эти цены выгодны мелким кустарным производствам, то тем более крупные производители будут не в пролете, поскольку их себестоимость будет наверняка ниже. Государство изымет у криминала и пустит в свой оборот минимум 1,8 млрд бут. х 60 руб. = 100 млрд руб. Сюда следует прибавить резкое снижение расходов государства на борьбу с нелегальным производством, поскольку оно (нелегальное производство) если не исчезнет, то перестанет, по крайней мере, доминировать. В принципе при этом можно отказаться от ЕГАИС, поскольку она создана только и исключительно для борьбы с нелегальщиной (что бы иное не говорили). Но об этом даже страшно подумать – столько людей и средств там завязано. В общем, экономическую выгоду при желании умные и компетентные люди оценят.

Но самое главное - это резкое снижение нелегального производства. Повторяю, оно не сможет выдержать конкуренцию с государством. А значит, все профессиональные и интеллектуальные силы, которые сейчас тратятся на безнадежную борьбу с криминалом, могут быть переориентированы в конструктивное русло, и наконец-то начнут решаться действительно наболевшие проблемы.

- Но ведь с нелегальным алкоголем государство борется не только из соображений выгоды…

- У подобного проекта есть и серьезный социальный эффект. Надо четко понимать, что потребителями этих пресловутых 90 млн дал являются люди, финансовое состояние которых не позволяет покупать алкоголь в магазинах. Им недоступна была водка по минимальной цене 220 руб. и недоступна сегодняшняя по цене 185 руб. По оценке В. Дробиза 20 – 25 млн человек, существующие за чертой бедности и лишенные малейшей надежды на улучшение своего благосостояния, НЕ ХОДЯТ В МАГАЗИНЫ за водкой, по крайней мере, за легальной водкой. Там она им недоступно дорога. Их потребность в алкоголе удовлетворяется за пределами легального поля. А потребность у них намного больше среднего, умеренного потребителя. Для расчетов примем, что 22, 5 млн. человек в год выпивают те самые нелегальные 90 млн дал 40-градусного алкоголя. Значит, на каждого приходится 16 л чистого спирта.

Всего у нас пьющего населения (опять же по мнению В. Дробиза), без детей, больных и убежденных трезвенников, примерно 100 млн чел. Получается, что оставшиеся 77,5 млн человек выпивают 125 млн дал отечественного продукта и 18,5 млн дал импортного. Всего 143,5 млн дал. И на каждого из них приходится 7,4 л чистого алкоголя.

-Какую же стратегию борьбы с алкоголизацией вы предлагаете?

- Гибкую! Разделим все население на три группы (цифры, естественно примерные).

40 млн человек не потребляют алкоголь в силу возраста, состояния здоровья или из идейных соображений и, следовательно, вообще не должны представлять объект заботы борцов с алкоголизацией.

77,5 млн человек могут позволить себе покупать алкоголь по ценам розницы, и их потребление составляет в год 7,4 л чистого спирта на человека. Если прибавить, потребляемые ими пиво и вино, то эта цифра увеличится, но, скорее всего, не будет сильно отличаться от среднемировой – 8 л. на человека. То есть и эта группа находится, по меркам ВОЗ, в благополучной зоне. Но вместе с тем понятно, что часть потребителей в этой группе находится в зоне риска и вполне при определенных обстоятельствах может пополнить ряды алкоголиков. И именно для этой группы должны разрабатываться специальные программы и мероприятия, включая пресловутые временные ограничения и повышения акцизов. Но не бездумно, с размаху, а с пониманием особенностей этой группы.

22,5 млн человек, выпивающие 42,5% всего алкоголя, живут в своем обособленном мире, в котором дорогому легальному продукту просто нет места. И какие бы законы по борьбе с алкоголизацией наши депутаты не принимали, к этой группе они не имеют никакого отношения. А поскольку именно эта группа является основным и главным источником всех внешне проявляемых проблем (пьяная преступность, повышенная смертность, взрослый и детский алкоголизм и т.п.), то и законы не работают по определению. И работать не могут, так как оторваны от реальности. Потребность этой группы в алкоголе обслуживает целая криминальная индустрия. Невозможно победить индустрию, у которой 22,5 млн потребителей. Ясно одно, что колоссальное количество наших сограждан (22,5 млн – это население немаленькой страны) находится в критически опасной зоне, люди травят себя, и не потому, что им это нравится или они деньги экономят - у них нет иного выхода. (Взять себя в руки и не пить – для них не выход).

Раз государство и общество не могут помочь им в изменении социального статуса, то пусть хотя бы выведут их из зоны криминального потребления. По крайней мере, социальная водка, сделанная на легальных заводах, будет соответствовать всем необходимым санитарно-гигиеническим нормам.

- Возникает опасность, что социальную водку начнут покупать не только бедные, но и вполне благополучные слои населения.

- Чтобы этого не произошло, социальная водка должна быть достаточно невкусной, чтобы человек с деньгами предпочел ей нормальную «акцизную» водку. Сделать это легко. Например, не обрабатывать углем. Пропускание через угольные колонны имеет одну единственную цель – смягчить вкус, сделать водку, как говорят водочники, питкой. Для людей, готовых пить стеклоочистительную жидкость, обработка углем значения не имеет. Можно попробовать вместо всяких спиртов «Люкс» и «Экстра» использовать спирт-сырец, убрав из него наиболее одиозные ацетоноподобные фракции. Кстати, это к тому же заметно снизит себестоимость. То, что при этом химический состав не будет соответствовать классической водке (спирт-сырец содержит больше примесей), не должно никого смущать. Давно доказано и передоказано, что примеси, естественно образующиеся в процессе производства спиртных напитков, в данном случае спирта, никакого вреда не представляют. Коньяки, виски или недавно узаконенные в России зерновые напитки содержат в сотни, а по некоторым показателям и в тысячу раз большее количество примесей и при этом вредными не считаются. Так что сделать социальную водку невкусной, но безвредной (по сравнению с суррогатами) - дело техники и желания. Кстати, В. Дробиз утверждает, что в Америке для маргиналов легально продается виски в литровой бутылке стоимостью 2 доллара. Благополучные люди его не покупают из-за неприятного вкуса.

- У вас получается, что «социальная водка» - панацея.

- Предлагаемая мера, к сожалению, не до конца решает проблему уничтожения нелегального производства. Остаются 45 млн дал, которые поступают в легальную розницу и продаются там по «нормальным» ценам. Главным заработком организаторов этого бизнеса является неоплаченный акциз. Нормальным цивилизованным решением этой проблемы является профессиональная, честная работа полиции. Всем и каждому понятно, что для некоррумпированной полиции не составляет никакого труда прекратить этот беспредел.

Если мы не верим в реальность такого решения, то остается один нетривиальный выход – отменить акцизы вообще. Государство постоянно заявляет, что рассматривает акцизы исключительно как средство регулирования потребления алкоголя, а не как источник пополнения бюджета. Если это правда, то отмена акциза решит последнюю проблему в борьбе с криминалом. При наличии социальной водки ему просто не на чем будет зарабатывать. Возникающая опасность увеличения потребления алкоголя не настолько велика, если мы будем не охать и ахать при виде нестандартных решений, а вспомним про описанные раннее группы. Первой (непьющей) и последней (немерено пьющей) группам населения все равно - есть акциз или его нет. Что касается основной (по численности) группы потребителей, то рискну предположить, что их весьма умеренное потребление крепкого алкоголя обусловлено не запретительно-ограничительными мерами и высокими ценами (кстати, нынешние МРЦ 185 руб. не так уж и высоки для этой группы), а в первую очередь (как это ни покажется странным поборникам теории повальной алкоголизации населения) здравым смыслом и моральными, нравственными принципами, свойственными абсолютному большинству населения нашей страны. И отрицать это - значит не уважать свой народ.

Интервью взял Иосиф ГАЛЬПЕРИН.

Tags: Борис Родионов, Боярышник, Иркутская трагедия, водка
Subscribe

  • За окно овечьей тропой

    В общем-то, одни и те же пейзажи вокруг Плоски, хоть и много у нас вариантов, хоть и разные по виду горы и леса, поляны и пруды, но обо всех я уже…

  • Цветы запоздалые

    Старожилы из числа синоптиков такой весны не припомнят. Ну вот, наконец, обещают больше не шутить, по ночам заморозков не будет, так что лимон опять…

  • Есть какая партия?

    Было тепло, в воскресенье прошли выборы, похолодало. Никто специально облаков не разгонял, нет в Болгарии ни Лужкова, ни шальных бюджетных денег, но…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments