i_galperin (i_galperin) wrote,
i_galperin
i_galperin

Первое расследование дела Кировлеса

Вот теперь суд решил взыскать с Навального 16 миллионов по делу "Кировлеса". Я был в Кирове перед первым процессом по командировке журнала "Нью таймс", писал о деле. В журнале вышло не все, вот полный текст.
Иосиф Гальперин.
Киров-Москва

Сколько леса навалено...

Энгельса-Преображенская






31 июля 2012 года Алексею Навальному и 6 августа его товарищу Петру Офицерову Следственный комитет РФ предъявил обвинение в хищении имущества государственного предприятия в составе преступной группы. О предъявлении обвинения третьему подозреваемому, бывшему гендиректору «Кировлеса» Вячеславу Опалеву тогда не сообщалось. Навальный, бывший советник Кировского губернатора, а ныне — один из немногих самостоятельных российских политиков, и предприниматель Петр Офицеров в 2009 году приехали из Москвы поддержать Никиту Белых, назначенного губернатором. Я, как корреспондент The New Times, на месте разбирался в событиях, ставших основой громкого уголовного дела. Позже в журнале вышла большая статья, но в нее уместилось не все. расследование, организованное журналом, было первым в СМИ по этому делу, поэтому есть смысл сейчас, во время процесса, к нему вернуться.  Показываю первый вариант, отличается от опубликованного в журнале меньшим количеством деталей из уголовного дела и большим - репортерских наблюдений.














  • Навальный? Сразу насторожил бритой головой, - и это говорит житель области, покрытой островками ГУЛАГа! Больше ничего конкретного в отрицательную характеристику один из бывших руководителей «Кировлеса» не занес. Другие собеседники не нашли и этого. Хотя именно беды данного предприятия ставятся в вину Алексею Навальному, до карьеры народного трибуна - советнику губернатора Кировской области Никиты Белых, и бывшему генеральному директору ООО «Вятская лесная компания» Петру Офицерову.






С 9 декабря 2010 года местные работники Следственного комитета проводили проверки, с 10 мая 2011 года вели уголовное дело, в котором подозреваемых Навального и Офицерова обвиняли в том, что их действия нанесли ущерб Кировскому областному государственному унитарному предприятию (КОГУП) «Кировлес» на сумму 1 миллион 335 079,67 рублей. Ущерб этот заключался, по мнению следствия, в упущенной выгоде предприятия, которое могло бы продать свою продукцию другим покупателям подороже, но вынуждено было под давлением «административного ресурса» (слова-то все актуальные выучили!) Навального торговать через посредника - «Вятскую лесную компанию» Офицерова. В этом следователи находили признаки преступления, предусмотренного п. «б» ч.3 ст.165 УК РФ.




Обвинение сразу стало рассыпаться, несколько раз дело закрывали, а потом, по приказу из центра, возобновляли, передавали в руки следователей Приволжского федерального округа, пока, наконец, 10 апреля 2012 года окончательно не похерили. И тут в адрес местных следователей грянул гром: председатель Следственного комитета РФ Александр Бастрыкин обвинил их, в лучшем для них случае, в неумении работать, а по сути намекнул, что они поддались давлению губернатора. Дело забрали в Москву (кстати, обвиняемые с самого начала ходатайствовали о передаче его по их месту жительства), через пару недель после этого спикер СК Владимир Маркин объявил о возбуждении нового дела по новой статье (ч.4 ст.160) предусматривающей до 10 лет отсидки, — хищение имущества госпредприятия в составе преступной группы. И с новой суммой ущерба: 16 миллионов.




С утра перед этим рапортом бывшая Вятка на депрессивный регион не была похожа: старые, но крепкие дома на причудливо холмистых улицах, и новые, не уступающие им в основательности и оригинальности, трехэтажные особняки на улице Герцена, который, кстати, в Вятке отбывал ссылку. Заодно рушилась репутация «ссыльно-зэчного» края, люди были приветливы, с достоинством, на 32-градусную жару реагировали вполне свободными шортами. В киосках — с десяток местных газет, в основном — независимых.




Две газеты сразу отказались поделиться источниками: одна — потому что официальная, не хотела, чтобы ее мнение опережало мнение администрации, другая — слишком неофициальная, на такие серьезные темы серьезно не пишет. Две самые популярные согласились поговорить на следующий день.




А на следующий день после заявления СК РФ в Вятке-Кирове проявился вполне депрессивный страх: коллеги, накануне готовые на встречу, отказались, смутно обозначая причины. Правда, посоветовали обратиться в Торгово-промышленную палату области, там знают все о проблемах вятского леса. В ТПП сначала согласились, а потом тоже стушевались. Отказалась еще одна редакция, хотя газета много и объективно писала о первом деле.




Ходил по улице Энгельса, которая какими-то флеш-бэками превращалась в улицу Преображенскую: на одинаковых табличках эти имена чередовались на соседних домах, - и подозревал то ли заговор силовиков, надавивших на журналистов, то ли привычно-зэковскую осторожность. Объяснил один из чиновников: люди ошарашены новым обвинением, если раньше можно было обсуждать пусть искаженные, но реалии, то теперь стало всем ясно, что Навальному шьют политическое дело, а здесь уже работает не экономическая, не юридическая логика, здесь давит, не оглядываясь, властная воля. Ее действия обсуждать — можно и работу потерять.




Энгельс, конечно, был неплохим бизнесменом и логичным аналитиком, хотя и ангажированным, и о Вятке, гипотетически, мог слышать от своего знакомого Герцена. Преображенская же улица вела к самому старому местному монастырю, где об Энгельсе до разгрома монастырей не знали. А вместе, когда их символические имена чередуются, — непонятная территория, темный пугающий лес, где сбиты ориентиры.




Бревно в глазу




Помогли понять происходящее документы первого, потом закрытого уголовного дела, чиновники, бывшие и нынешние, депутаты и предприниматели. На условиях анонимности согласились говорить бывший высокопоставленный менеджер «Кировлеса» и владелец самостоятельной лесоперерабатывающей компании, их осторожность вполне рациональна. Были, среди прочих, и двое настаивавших на праве говорить от своего имени. Дмитрий Русских, независимый депутат кировского областного законодательного собрания, как раз и славится разоблачением всяческих махинаций, а Ирина Буркова, которая была правой рукой Офицерова в «Вятской лесной компании», просто как человек с двумя солидными высшими образованиями не может поверить в основательность обвинений. Но картину столь разные собеседники сложили непротиворечивую.




В 2007 году «Кировское управление сельскими лесами» решено было преобразовать в КОГУП «Кировлес», чтобы поставить 36 районных лесхозов под контроль областного правительства. Это была линия тогдашнего губернатора Николая Шаклеина, рассчитывавшего на новый срок и искавшего новые способы подъема экономики. Рассказывает Русских, тогда в первый раз избранный депутатом:





  • Шаклеин предложил крупным, в основном — иногородним, инвесторам, желающим вложить деньги в развитие области, квоты на вырубку леса, он рассчитывал на их поддержку при назначении. Для этого расторгли договоры с 250-ю мелкими и средними местными предпринимателями, квоты на 6 миллионов кубометров отдали 5-6 инвесторам, предлагавшим не менее 3 миллиардов рублей вложений. По договорам с правительством Кировской области они получали лес по цене 50 рублей за кубометр, хотя на рынке он тогда стоил не менее 400. Предполагалось, что это поддержит их заинтересованность в долгосрочных проектах. Но начался мировой экономический кризис, никто ничего не инвестировал, получившие квоты «киты» просто стали их продавать. Квоты на 2 миллиона кубометров получил тогда и «Кировлес», но не смог извлечь из них ожидаемой прибыли. Хотя поначалу его директор Вячеслав Опалев хорохорился, добился от заксобрания разрешения построить охотничий домик на 6-7 миллионов рублей, чтобы ублажать, очевидно, «нужных» людей, говорил, что прибыль «Кировлеса» - 60 миллионов и они могут себе это позволить. Правда, в 2009 году домик этот сгорел: возможно, недовольны были местные жители ограничениями на охоту и сбор грибов, возникшими после постройки домика. В 2008 году, когда из-за кризиса цены на древесину упали, «Кировлес» продолжал рубить и продавать лес в ущерб себе. Я бы назвал такие действия руководителя Опалева двойным ударом ниже пояса: он, не обращая ни на кого внимания, вел предприятие к банкротству, а ведь во многих районах работа в лесхозе — единственный заработок, несколько тысяч человек оказались перед угрозой потерять его. Мы, оппозиция в областном парламенте, задавали ему вопросы о тревожной обстановке, он отвечал неконкретно.






«Двойной удар» объяснил аноним-лесопромышленник: техника в лесхозах, филиалах КОГУПА, старая, до сих пор работают бензопилами, отсюда себестоимость лесоматериалов высокая, а продавать через «Кировлес» приходилось по рыночной цене, которая во время кризиса не покрывала себестоимость. Это мало кого волновало, когда продажи шли напрямую, когда получали «черный нал» и не платили налогов. Поэтому, кстати, лесхозы не хотят работать с фирмами, которые не могут платить «на карман». Ирина Буркова рассказала, что очень удивилась, когда узнала, что в «Кировлесе» в то время не было отдела сбыта, а коммерческий отдел состоял из падчерицы гендиректора и еще одной работницы. Русских это прокомментировал:





  • А зачем им был отдел сбыта, если наверху решалось, кому в реальности пойдут выделенные госпредприятию кубометры?! Для этого и создавался КОГУП, чтобы потеснить низовую вольницу лесхозов, обойти с помощью льгот законную практику конкурсного выделения участков. Они прямиком от «Кировлеса» шли в субаренду, но уже по другой цене.

Но все равно в каждом районе оставался свой маленький «Кировлес», тесно связанный с администрацией и прочими районными чиновниками, они слушали Опалева только тогда, когда им это было нужно, а он был вынужден вертеться между реальными силами наверху и внизу.






Его бывший подчиненный, согласившийся говорить анонимно, пояснил, что лесхозы - структурные подразделения без образования юридического лица, поэтому любую безналичную сделку обязаны проводить через «Кировлес», но у каждого директора филиала есть доверенность на подписание договоров. При этом бывший госслужащий критично отозвался о действиях государства, по новому Лесному кодексу соединившему в ГУПах функции ухода за лесом с функциями коммерческими. По его мнению, в конкретном случае «Кировлеса», который уже несколько месяцев объявлен банкротом и находится под конкурсным управлением, областные власти слишком мало платили за лесовосстановительные и прочие работы и слишком много брали за аренду лесов.




Примерно это же самое можно прочитать в аудиторской экспертизе ООО «Центр управленческих консультаций «Вятка-Академаудит». А Дмитрий Русских сказал категоричнее: «Государство никогда не было эффективным собственником!» - что, вообще-то, странно слышать от депутата, еще недавно входившего во фракцию КПРФ. Но как иначе можно оценить положение, когда госпредприятие имеет возможность трижды, по крайней мере, обманывать государство-хозяина?




Во-первых, кроме него в реальности никто не знает, что же там сделано на участке и сколько стоила та работа, за которую заплатил бюджет. Во-вторых, только ему известно состояние леса, за аренду которого он в бюджет платит. В-третьих, кто проверял эти лесхозы, сколько они рубят, как они продают лес и платят налоги?

Вот с таким лесным завалом, который, как бревно в глазу, долго не замечался областными властями, и столкнулись в 2009 году Навальный и Офицеров. Первый, как человек юридически грамотный и общественно активный, был приглашен Никитой Белых для того, чтобы бороться с коррупцией, отслеживать ее предпосылки в предприятиях, где есть доля госсобственности. Второй приехал по собственной инициативе. Отец пятерых детей, он был успешным маркетологом и бизнес-консультантом и посчитал, что сможет применить свои таланты и знания (в том числе — и для прокорма семьи) в регионе, главой которого стал известный демократический политик-рыночник.

Алексей Навальный и Петр Офицеров были знакомы по совместной работе в аппарате партии «Яблоко» и поэтому с доверием отнеслись друг к другу, когда встретились в Кирове. Вячеслав Опалев встретил маркетолога сначала с недоверием, его планы торговать продукцией лесопереработки со строительными товарными сетями на 120 миллионов рублей в год не слишком принимал, как явствует из показаний Опалева по первому уголовному делу. Но потом, как видно из протоколов, подумал, что влиятельный советник нового губернатора поможет сбавить арендные платежи, - и принял предложение. В этих ожиданиях, собственно, и состояла «вина» Алексея Навального, подтверждавшаяся одним лишь Опалевым. По мнению следствия, обещая Опалеву уменьшение нагрузки, тот оказывал на него давление в пользу принятия условий ООО «Вятская лесная компания»

По второму уголовному делу они все трое — Навальный, Офицеров .и Опалев — стали подозреваемыми.






«Герку-лес»




К началу 2009 года «Кировлес» уже был в прогаре, что видно из аудита. А тут еще Опалев взял 50 миллионов рублей кредита в банке, чтобы выплатить работникам премии и положенные надбавки по итогам года. Хотя, как пишет в своей справке ЗАО АКФ «Аналитик», разбиравшийся по просьбе новых властей с положением в КОГУПе, директор имел право в связи с кризисом не платить надбавки и премии. Он премий заплатил на 20 миллионов больше, чем было прибыли у предприятия по итогам года, а надбавок — на 59, почти, миллионов больше, чем мог по закону. Да еще и на проценты по кредиту ушло 8 764,8 тысяч рублей. В результате Опалев на всех совещаниях в новой администрации, во-первых, просил снизить арендные платежи, а во-вторых — помочь с реализацией продукции. Для такой помощи и была создана «Вятская лесная компания». Как отмечают депутаты, активным участником совещаний был Навальный, но какого-либо лоббирования компании Офицерова они не заметили.




Сам Алексей Навальный в разговоре с The New Times вспоминает, что его сильно удивил наивностью откровенный бизнес-план «Кировлеса», по которому предприятие предполагало получить у государства лес в аренду по цене 160-180 рублей за кубометр и передать участки под вырубку по цене 480 рублей за тот же кубометр. Что это, как не посредническая деятельность, о которой с неудовольствием говорили в КОГУПе применительно к компании Офицерова? Это была единственная экономическая инициатива КОГУПа по выходу из убытка, но она сорвалась, поскольку во время кризиса много желающих на субарендуне нашлось . На предприятии были десятки бухгалтеров, но не было настоящих экономистов, были десятки юристов, но они не организовали возвращения через суд огромной дебиторской задолженности.




Как бы то ни было, но в марте 2009 года «Кировлес» (Опалев) и свежеобразованная «Вятская лесная компания» (Офицеров) подписали договор, по которому с апреля «ВЛК» взялась продавать продукция КОГУПа. На каждую сделку с потребителем, которого находила фирма Офицерова, составлялось отдельное приложение с указанием цены, качества и сроков. Офицеров, до того не имевший опыта работы с лесом, применил опыт работы в современной торговле: прошерстил интернет, разослал предложения в сотни адресов.




Помогать госпредприятию взялся сам губернатор, вспомнил былых друзей в Пермской области, отправился с визитом и помог «Кировлесу», вместе с Навальным, перезаключить договор с «Соликамскбумпромом» на поставку не 40 тысяч кубометров, а уже 70 тысяч. Но потом выяснилось, что «Кировлес» и сорок поставить не может — пусто на складах, нет запасов. Эту странную пустоту отмечают и Петр Офицеров, и бывший работник «ВЛК» Ирина Буркова.





  • Срабатывал примерно один предварительный контакт из пяти, «Кировлес» капризничал: далеко везти, хорошо бы всучить впридачу материал пониже качеством. Поставляли по пол-вагона брака, приходилось закладывать большую маржу, чтобы покрыть убытки. А когда мы договорились о продаже на спички совсем уж не пользующейся спросом осины, выяснилось, что стволы, распиленные на чурбаки в три метра длиной, КОГУП поставлять не может, только по пять. Почему? А потому что, если распилить по три, выясниться, что внутри — труха. Нашли заказ для самой завалящей доски — на поддоны, выяснилось, что и ее нет. Видимо, много уходило налево...




    Из материалов первого дела видно, что почти сразу же после начала совместной работы лесовики были недовольны партнерами. Речь даже не о том, что ВЛК отбирал лесоматериалы в соответствии с заказом и требовал строгого оформления бумаг, к чему в области не привыкли. Дело и в том, что по договору ВЛК интересовался всеми сделками «Кировлеса», совал нос в организацию работы. Неудивительно, что уже в июне, через два месяца с начала совместной работы, Опалев, который запрещал ВЛК напрямую звонить в лесхозы, разрешил им не выполнять невыгодные, по тем или иным причинам, подряды, организованные ВЛК, о чем он сам с нескрываемой гордостью говорит под протокол следователей. Хотя это — прямое нарушение договоров.




    По идее, «Кировлес» должен был цепляться за любую возможность что-нибудь продать. Справки «Вятки-Академаудита» констатирует, что за первое полугодие 2009 года резко выросли товарные остатки, на 133,5 процента увеличился объем заемного капитала, чистая выручка уменьшилась на 22,42 %. В результате к июлю 2009 года чистая прибыль составила...минус 190 173 795 рублей. То есть — дыра почти в 200 миллионов.




    А в это же примерно время «Кировлес», что видно уже из справки «Аналитика», махинирует, сначала создавая у себя отдел лесного проектирования, затем переводя его сотрудников и все их обеспечение в ООО «Кировлеспроект», причем оборудование — по заниженной стоимости. Потом с новым партнером заключаются миллионные контракты по проведению лесоустроительных работ, выплачивает деньги по акту приема-сдачи, но результаты (таксационные, геодезические, планово-картографические материалы) не обнаружены. Тогда же закуплены легковые автомобили на 13 с лишним миллионов...




    Вся деятельность Опалева и его КОГУПа напоминает работу товарища Полыхаева из «Золотого теленка». Ильф и Петров прозорливо назвали ту госконтору, вокруг которой роились жулики и воры (по терминологии Навального!), «Герку-лес».




Летнее «обастрыкивание»












После таких успехов следственное управление УВД Кировской области 12 января 2011 года завело уголовное дело №14003 «в отношении генерального директора КОГУП «Кировлес» Опалева В.Н. по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст.201 УК РФ (злоупотребление полномочиями)». Однако вскоре дело было закрыто, а Опалев стал главным свидетелем дела, возбужденного Кировским СК против Навального и Офицерова. Офицеров обвинялся в причинении ущерба «Кировлесу» в виде упущенной выгоды, а Навальный - в административном давлении на руководство КОГУПа в пользу ВЛК. Метаморфоза Опалева стала следствием борьбы, развернувшейся внутри команды губернатора Белых.




Еще в справке «Вятки-Академаудита» была выпячена роль ВЛК в бедах «Кировлеса», что явно было написано со слов проверяемых, поскольку в реальности доля компании Петра Офицерова в оборотах КОГУПа составляла пару процентов, да и работали они совместно к моменту аудита не более трех месяцев. Аудит проводился по заказу Департамента государственной собственности Кировской области, акцент в выводах был сделан на плохой работе с «Кировлесом» Департамента лесного хозяйства.




В борьбе департаментов на сторону первого из них встал тогдашний вице-губернатор Сергей Карнаухов, приглашенный Белыхом из центрального аппарата МВД для курирования силовиков. Он и раньше, как рассказала The New Times бывший вице-губернатор по социальным вопросам Мария Гайдар, писал в прокуратуру и ФСБ записки с требованиями завести уголовные дела на членов команды. И тут воспользовался подсказкой аудиторов. Как с гордостью утверждает в многочисленных интервью уже не госслужащий Карнаухов, он быстро «понял, что Навальный — это американский проект». В Кирове о бывшем кураторе силовиков вспоминают со смешком, как о не вполне адекватном человеке.




Но когда несерьезно слепленное дело стало рассыпаться, в ход этой истории вступили более серьезные силы (хотя, может быть, и не более адекватные). В Москве с тревогой стали замечать возросшую значимость борьбы Навального, который начинал с отстаивания прав миноритарных акционеров и отслеживания честности госзакупок, а перешел к обобщениям о государственном механизме коррупции. Именно Москва не давала почти два года затихнуть тухлому делу, передавала его окружным федеральным следователям. И когда оно все-таки потухло, прозвучал окрик Александра Бастрыкина.




Глава Следственного комитета РФ, кроме общеаппаратной цели «погасить» несистемного, но влиятельного политика, имел и личные причины взяться всерьез на Навального. Летом, уже после скандальной истории с истерическим «вывозом в лес» журналиста «Новой газеты» Сергея Соколова, Бастрыкин вновь оказался в неприятном положении — уже по вине Навального. Тот сообщил в своем блоге, что видный госчиновник имеет фирму, зарегистрированную в Чехии. Через несколько дней после этого Александр Бастрыкин и накричал на подчиненных во время важного совещания, а еще через несколько дней его «говорящая голова» Владимир Маркин сообщил о возбуждении нового уголовного дела против Навального.




Пока сложно говорить о его юридических перспективах, если не принимать во внимание политическую волю. 16 миллионов ущерба, которые фигурируют в обвинении, - это весь оборот между «Кировлесом» и ВЛК, 14 из них, как утверждает Петр Офицеров, уже давно на счетах КОГУПа, остальные положенные деньги ждут правильного оформления. Вячеслав Опалев, местонахождение которого неизвестно, очевидно, пошел на сделку со следствием и будет говорить то, что нужно. Независимой экспертизы сделок не было проведено, в материалах дела, как сообщил Алексей Навальный The New Times, о назначении ее не говорится.




Кировский губернатор Никита Белых в интервью The New Times сказал, что ему тоже непонятна сумма ущерба и сообщил, что главное, чего он ждал от «Кировлеса» - это сохранение лесов. «У меня 800 лесозаготовителей, кто-то мелкий, кто-то чуть более крупный, мне важно не только, точнее не столько, выстроить такую систему отношений, которая бы была прозрачной, чтобы у этих лесозаготовителей была белая бухгалтерия, мне важно, чтобы система в то же время гарантировала бы выполнение государственных функций, чтобы они пожар тушили, когда он возникает».


Tags: Кировлес, Навальный
Subscribe

  • Грани о Яблоке

    Волков прав, Явлинский - нет Александр Скобов, 13.02.2021 Попрощаться, конечно, не получилось. Двойной ответ Григория Явлинского на критику…

  • Грани о МИде и Борреле

    Суверенная свора Виталий Портников, 11.02.2021 Министр иностранных дел России Сергей Лавров утверждает, что "западные коллеги" пытаются сделать…

  • Письмо европейцев в Гранях

    Наружные средства 06.02.2021 В Москве Жозеп Боррель получил афронт. Главу дипломатии ЕС не пустили в тюрьму к Алексею Навальному. Более того, в…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments